Роланд накрыл его голову ладонью и Тирри немедленно сомкнул свои маленькие, но острые зубки на большом пальце карнелийца. Роланд едва не взвыл от боли.

— Ополоумел, звереныш?! — прошипел он. — Это же правая рука! Как я буду меч держать?

— Господин!

Паренек остановился в двух шагах, тяжело дыша, и с подозрением покосился на звереныша. Тирри приветливо оскалился, отчего мальчик изменился в лице и едва не дал деру.

Роланд с трудом выдавил улыбку и спрятал укушенную руку за спину.

— Меня прислал мэр, — сказал паренек. — Он хочет предложить вам работу.

— Работу?

Роланд и Тирри переглянулись.

— Да-да, работу, — закивал паренек. — Его дом возле церкви, найдете?

Не дожидаясь ответа, мальчишка бросил быстрый взгляд на Тирри и поспешно ретировался.

— Думаешь, что-нибудь стоящее? — спросил Роланд у Тирри.

Тот лишь сердито заверещал в ответ.

4

Найти дом мэра, конечно же, не составило никаких трудов. За последнее годы власть Святой Церкви в Армании настолько усилилась, что во многих провинциальных городках на должность мэра избирали священников. Не раздумывая, Роланд направился на церковный двор.

Обогнув церквушку, карнелиец свернул на присыпанную гравием дорожку и двинулся к дому священника. Рядом с домом зеленел ухоженный огород, чуть дальше виднелся фруктовый садик, возле крыльца благоухали цветы.

Роланд шагнул было на ступени крыльца и вдруг застыл. Что-то было не так в хозяйстве мэра-священника. Карнелиец отступил на несколько шагов и более внимательно посмотрел на двор. Обычный огород, садик...

Вот оно! Роланд усмехнулся. Среди фруктовых деревьев стояло то, что он поначалу принял за чучело. Впрочем, это и было чучелом, вот только использовалось не для отпугивания птиц, а для тренировок с оружием. И земля вокруг чучела была основательно вытоптана.

Карнелиец озадаченно поскреб затылок и зашел в дом. После увиденного во дворе мэр и священник Лангбурга по имени Хальгар уже не удивил Роланда. Это был высокий и крепкий мужчина сорока пяти лет, с мозолистыми лапищами, куда более привычными к мечу нежели кресту. Да и взгляд его, жесткий и пронзительный, куда больше подходил воину, нежели священнику.

В общем-то, в этом не было ничего удивительного. Роланд знал, что крестоносцы с возрастом нередко становились священниками, продолжая борьбу, как говорили церковники, с происками Дьявола на всех фронтах.