Воины с яростными криками бросились вперед и принялись с остервенением рубить поверженного демона. Они напрочь забыли об остальных врагах. Но те, озабоченно косясь на епископа, на время отступили.

В пылу яростной рубки демона-паука, никто не обратил внимания как шевельнулась и поднялась одна из его уцелевших конечностей. Удар мохнатой лапы был страшен. Дюжина рыцарей и кнехтов покатились по мостовой точно игрушечные солдатики.

Из недр изломанного, изрубленного «паука» с рычанием вынырнула человеческая часть демона, сжимая вырванное из груди копье, от раны на теле остался лишь небольшой рубец.

— Добейте его! — рявкнул во всю силу легких капитан.

Мелькнули дротики и стрелы, но, наткнувшись на подставленную паучью лапу, бессильно осыпались. И тут демон метнул копье. Никто не успел разглядеть, куда оно нацелено, и только монах-телохранитель Титмара, не увидевший, но ощутивший опасность, успел оттолкнуть епископа. Копье пробило его насквозь и отшвырнуло на несколько шагов.

Глаза Титмара округлились, но в следующий миг он шагнул к демону, вознося над собой крест.

— Сейчас его убьют, — уверенно сообщил Марвин Рику.

— А как же…

— Смотри на крест!

Крест в руках епископа больше не горел. Впрочем, Титмар этого не видел. Он наступал на демона, уверенный в своей силе и божественном благословении. Поэтому, когда суставчатая лапа «паука» вонзилась ему в грудь, прелат умер с выражением невероятного изумления на лице.

— Но ведь крест горел?! — Рикерт повернулся к магу.

— Какое-то природное явление, — тот с улыбкой пожал плечами. — Никакой магии. И уж тем более божественных чудес!

Смерть епископа подорвала последние крохи отваги воинов. Многие озирались, с надеждой глядя на донжон. В первые ряды оборонявшихся бросился капитан Бран, надеясь воодушевить воинов. Но из-за дождя и грома на него мало кто обратил внимание. Да и усталость начала брать свое. Рыцари и кнехты отбивались вяло, на лицах читалась обреченность и равнодушие.

Разметав несколько человек, все тот же недобитый «паук» оказался прямо напротив Рикерта. Демон почти полностью восстановил свои силы, и только одна пара волочившихся за ним конечностей напоминала о том, что еще несколько минут назад он был грудой изрубленной плоти.

Рикерт бросил руку на рукоять меча, но Айрис больно впилась ему в плечо и заставила остановиться. Они стояли, по-прежнему полуобнявшись, и Рикерт ощутил, как она напряглась, как по всему ее телу взбугрились крепкие мышцы.

— Не шевелись и не двигайся! — пророкотала она.

Рикерт не видел ее лица, обращенного к демону, но хорошо понимал, что он мог сейчас увидеть.