Рикерт неопределенно взмахнул рукой.

— Наверное.

— Как ни горько мне признавать, но я не умею делать фаербол, — заметил Марвин. — Стало быть, претендовать на звание мага в твоих глазах я не могу?

— О чем вы там толкуете? — взорвалась Дина. — Там же демоны… А вы… Почему вы не помогли Акселю?

— А зачем мне помогать твоему Акселю? — искренне удивился старик.

Девочка нахохлилась.

— А затем… — буркнула она. — Никакой ты не маг! Врешь ты все! Аксель сражается, а вы…

С выступа было неплохо видно место, где все еще кипел бой. Отсюда фигурки демонов казались игрушечными и совсем-совсем нестрашными. Но Дина знала, какие они на самом деле. И темная фигура Проклятого отсюда уже не выглядела такой грозной и непобедимой, как вблизи.

Дина закусила губу. Только сейчас она вдруг отчетливо осознала, что Проклятый — это все, что у нее есть. Во всем мире. Пусть он постоянно сердится на нее, пусть грозится оставить в ближайшей деревне или убить собственными руками. Пусть даже на этот раз ее спас не он, а этот красноглазый демон… Пусть!.. Но если Проклятый погибнет… Если с ним что-нибудь случится…

Дина зашмыгала носом.

— Это нечестно! Они демоны! — выкрикнула она, сдерживая слезы.

— Прости, но я должен спасти Айрис, — тихо сказал Рикерт.

— А я вообще не воин, к тому же у меня нет никаких причин для ненависти к демонам или к кому-либо еще, — признался Марвин.

— Да?! Значит пусть они жрут людей?! — Ее голос дрожал от обиды. — Вам все равно?!

— Людей всегда кто-то жрет. Дикие звери, сами люди, их правители, — спокойно ответил Марвин. — Почему бы к ним не прибавить демонов?

— Ты просто жалкий и трусливый старикашка! — взвизгнула она.

— Наверное. Но я могу взять тебя с собой, девочка. Рядом с нами ты будешь в безопасности. Идешь?

— Убирайтесь!

Из глаз неудержимым потоком хлынули слезы, и Дина принялась размазывать их по лицу.

— Я буду ждать его!