— Я знал, что ты придешь. Рано или поздно… — Четки невозмутимо шелестели, продолжая свое бесконечное движение.

Описав широкую дугу, Драконоубийца разрезал воздух в месте, где стоял Владыка, и врезался в пол, выбив искры. Владыка появился в нескольких шагах поодаль:

— Я здесь уже десять лет. А вот ты, насколько я знаю, появился здесь год назад. Хотя внешне ты ничуть не изменился с момента нашей встречи.

Одна из колонн пошатнулась от очередного удара тяжелого меча и медленно, словно бы нехотя стала разваливаться на части.

— Это было нечто вроде трещины между мирами, если ты понимаешь, о чем я… И мы упали туда вместе, однако время, очевидно, текло для нас по-разному.

В щепки разлетелся трон и помост под ним.

— Но этот парадокс мне на руку. Согласись, у меня было время подготовиться к нашей новой встрече.

Одна из колонн, за которую зацепился Драконоубийца, вдруг спружинила и с силой отшвырнула меч, вынудив Проклятого припасть на одно колено.

— К тому же ты устал и едва стоишь на ногах, — усмехнулся Владыка.

— Не имеет значения, как я устал, — процедил Проклятый, — ты все равно умрешь.

— Мне нравится твой фанатизм. Из тебя мог бы выйти хороший поп. Или хороший демон. Ты подумай. Ты ведь привел сюда девочку. Из нее получится неплохая жертва.

— Да, ты прав. — Проклятый медленно поднялся с колена. — Я принесу жертву. Этой жертвой будешь ты.

Ближайшая к нему каменная колонна с треском оторвалась от пола и точно хвостом ударила Проклятого. Перелетев через зал, он хрястнулся об стену и, скрежеща мечом, медленно сполз на пол. В глазу потемнело, поплыли багровые пятна, ноги предательски задрожали. Открылись раны, так старательно обработанные Диной, сквозь бинты стала сочиться кровь.

Он думал, что хорошо отдохнул там, в подземелье, пока над ним хлопотала девочка. Лечебные снадобья ли, мази или просто короткий сон, но, переступив порог этого зала, Проклятый ощущал себя почти здоровым. Но теперь… Он чувствовал себя так, будто только что сразился с тысячей демонов. Все тело ныло, каждой клеточкой требуя отдыха и покоя, а ноги стали как чужие.

— Посмотри на себя, — прогремел в зале звучный голос Владыки. — Твое тело опять предало тебя. Слабое, хрупкое человеческое тело. Подумай о моем предложении.

Проклятый стиснул челюсти и заставил себя подняться. Внутри взорвался фейерверк боли, а зал словно бы пошатнулся. Но, повинуясь железной воле хозяина, боль отступила, ушла куда-то на задворки сознания, и Проклятый двинулся вперед, волоча за собой меч. Походка постепенно выровнилась, окрепла, а взгляд налился прежней силой и уверенностью.