Если он правильно понял, противник не только хорошо видел, но так же и реагировал на звук и движение не только на подконтрольной территории. Даже когда парень был относительно далеко, тот смог атаковать его, сориентировавшись лишь на звук.

Теперь небо над головой хлыста было свободно, и никто не мог помешать разбойнику начать атаку. Как только Ворон оказался над своим врагом, тот начал вращать большими круглыми глазами ища, причину беспокойства, но, в отличие от сайфлаеров, парня не было видно и это очень нервировало зверя.

Ощущая давление неизвестности, монстр продолжал обеспокоенно ёрзать, пока Ворон, достав арбалет, не выстрелил очередью в землю неподалеку от врага. Звуки и вид болтов, будто стали сигналом и тот, резко встрепенувшись, тут же разинул рот, выплёвывая сгусток жёлто-зелёной слюны и быстро превращая небольшой участок в мини-болотце.

Этих секунд отвлекающего манёвра хватило для задуманного, и Уилл, убирая арбалет и крылья, активировал копию молнии, ставя все пять меток на свою цель.

Время исказилось и замерло. Казалось, что вспышка молнии, словно вестник неба, решило наказать нерадивое существо, ударив в тварь и тут же исчезнув. Но последствия её прихода визгом и хриплым криком разнеслись по болоту.

Горло хлыста было пробито практически на всю длину сердечного кинжала, из ран пса-переростка текла вязкая тёмная, словно ил, жидкость. То, что Уилл выбрал именно такую позицию для активации своего уникального скилла, не было блажью. Хоть он и мог использовать его, находясь довольно далеко, это не принесло бы никакой пользы, так как после активации его тело возвращалось в исходную точку.

Сделай парень так, он потерял бы весь эффект неожиданной атаки, добираясь до раненого зверя. Ведь тот мог уйти в глухую оборону и времени, потраченного на схватку ушло бы гораздо больше.

Сейчас же разбойник, зависший сверху перед тем как использовать копию молнии, вновь начал падать, и такое положение вкупе с дистанцией оказалось идеальным. Используя старый трюк, примененный однажды на крылатых посланниках, Ворон, держа короткий меч двумя руками, со всей силы вонзил лезвие миража в голову страдающего болотного хлыста, протыкая её насквозь.