Хаджар лишь кивнул.

– Молодые, – вздохнул старик и взмахом руки левитировал нужный свиток на стол. – горячая кровь, острые клинки. Знаешь, порой я скучаю по временам, когда был таким же.

Он поставил рядом песочные часы и перевернул их.

– У тебя есть час, – с этими словами библиотекарь отошел обратно к стеллажам.

Спустя отмеренное время Хаджар вышел из шатра. В его нейросети теперь хранилась подробная копия свитка и, стоило лишь пожелать, как она тут же возникала перед его глазами.

Но вот только содержание… оно действительно открывало новые горизонты. Кто бы мог подумать, что энергию можно не просто впитывать, высасывая как коктейль через соломинку. Её можно поглощать различными способами, циркулировать разными темпами, концентрировать с разной скоростью.

И все это было описано в свитке с мельчайшими подробностями и подробными схемами и рисунками.

Будь у него такие знания раньше и уже сейчас он мог бы находиться на ранних ступенях стадии Трансформации!

Но, увы, история не знает сослагательного наклонения, так что придется работать с тем, что есть.

Когда Хаджар вернулся к своему шатру-палатке, то у входу его уже ждал Неро. Он сидел на табретке, показательно держа на коленях свой двуручный меч.

– Чем обязан? – поинтересовался Хаджар.

– Пока еще не жизнью, – неожиданно серьезно ответил Неро. – но не будь я первым парнем Весеннего, если адъютант этой ночью кого-нибудь к тебе не подошлет. А пока ты будешь занять своим развитием, то вряд ли сможешь следить за тем, чтобы кто-нибудь тебе язык через горло наружу не вытянул.

Хаджар замер на месте. Он не знал, что сказать и поэтому просто проронил:

– Спасибо.

– Не за что, – кивнул Неро. – Только вот… ты уверен, что хочешь формировать свое сердце Силы при помощи звериного? Говорят, боль от этого просто дикая.

На это Хаджар лишь улыбнулся.

– Вот чего я не боюсь, так это боли, – сказал он и вошел в шатер.

Сев в позу лотуса, он положил перед собой ядро, ну или – сердце Силы, Изумрудного Волка.

Закрыв глаза, Хаджар, начал циркулировать энергию так, как это было описано в свитке. И с каждым вздохом он погружался все глубже и глубже внутрь себя, своего сознания и души.

Там было темно. Тепло, но темно. Лишь изредка бесконечную мглу прореживали одиннадцать синих линий. Они струились в этом бездонном мраке как ручье в долине, где заново учился ходить Хаджар.