Генерал мог поклясться, что обезьяна, оценив его состояние, громко засмеялась. Во всяком случае, именно на смех походил её прерывистый, глубокий рык.
Она подняла свою кувалду и наотмашь взмахнула ей, посылая в полет торнадо из льда и снега. Предводитель больше не хотел сходиться с верткой букашкой в ближнем бою. Он собирался измотать наглеца на расстоянии, а потом впиться в плоть клыками и рвать, рвать, рвать…
Хаджар смотрел на то, как приближалось к нему торнадо. Оно оставляло за собой ледяную тропу на снегу и выстреливало в разные стороны крупными сосульками.
Если бы генерал увернулся, то пострадала бы его армия, а сам он оказался бы беззащитен против второго такого же удара. Он не мог встретить её в лоб, потому как не был уверен в том, что даже самой сильной его стойки – подобия “весеннего ветра” хватит, чтобы полностью развеять торнадо.
Все, что оставалось Хаджару это достойно встретить удар. Будто бы спокойный ветер перед лицом пронзающей небо скалы…
И тут, этот самый миг, что-то пронзило разум генерала. Что-то, во что вылились последние битвы и год тренировок у тени бессмертного. Да, он уже использовал часть полученных знаний, чтобы снять с сердца тяготевший его камень. Но это было связано с его сердцем, а не с мечом.
Теперь же он начал осознавать, на что Бессмертный указывал, когда Хаджар пытался рассечь каменную статую.
Предводитель обезьян уже мысленно праздновал свою победу и готовился к кровавому пиру, как букашка приняла странную позу. Она завела клинок за спину и встала спокойно и расслабленно. Развевались на ветру чужие меха и шкуры.
– Спокойный ветер, – произнес Хаджар, призывая остатки энергии и воплощая в жизнь вторую из стоек техники “Легкого бриза”.
И стоило ему исполнить вторую стойку, как… ничего не произошло. Вокруг него не закружился кокон из ветра, как это бывало ранее, а на снегу под ногами не появилось оставленных потоками воздуха спиралей.
Мгновением позже ледяное торнадо ударило по своей цели… или же так показалось обезьяне. Потому как еще спустя мгновение, оно
Взревев, предводитель обезьян выставил перед собой кувалду и встретил всю силу и мощь свойственного удара. А затем предводитель увидел лишь стальную вспышку и почувствовал холодок, распространившийся от его лба по всему телу.
Он упал на колени, выронил оружие, а затем рухнул в снег так и не поняв, что же его убило. Хаджар, вытащив из лба противника Лунный Стебель, взмахнул им и очистил от синей крови.
Он тяжело опустился на тушу поверженного им гиганта. Раненная нога уже посинела, а изо рта вырывались облачка пара.