Наместник, впрочем, никуда не ушел. Он повернулся к ведьме и воину, ожидая как долго они смогут сопротивляться шестерке воинов в плащах. Тех самых, что некогда защищали Примуса во время нападения.
Хаджар посмотрел на бездыханное тело брата. И вновь он оказался слишком слаб, чтобы спасти родного ему человека.
Слишком слаб…
В голове, пустой и лишенной всяких мыслей, кроме желания убивать, звучала эхом предпоследняя строчка отрывка:
- “
Глава 251
Глава 251
Сера все еще прижимала к себе надвигающееся тело Неро, когда один из Плащей рванул в её строну. Сверкнуло лезвие изогнутого меча. На его клинке плясали изумрудные огоньки, источающие достаточный жар, чтобы испепелить половину этого дворца.
– Сера! – выкрикнул Хаджар, но ведьма даже не пошевелилась.
Используя максимум своей скорости, Хаджар обернулся тенью пяти воронов. На такой скорости его мышцы и сухожилия растягивались подобно детской резинке.
Поврежденные ударом Наместника внутренние органы еле выдерживали напряжение. Оставляя за собой не только шлейф тьмы, но кровавую дорожку, Хаджар успел в последний момент подставить свой клинок.
От удара в то месте, где стояли Генерал и Плащ по мрамору разошлись глубокие трещины. Плиты, сломавшись под давлением, поднялись каменными клыками.
Оттолкнув нападающего в сторону, Хаджар развернулся и ударил ногой по одному из “клыков”. Осколок размером с руку взрослого человека вонзился в плечо не ожидавшего такого поворота Плаща.
Он протащил его по воздуху несколько метров, пока не вонзился в стену. Имперец кричал и пытался освободиться, но в итоге больше походил на трепыхающуюся бабочку.
Никто – ни пять оставшихся воинов, ни сам Наместник не собирались помогать раненному. Зеленый плащ постепенно принимал болотный оттенок. Кровь ручьем потекла на и без того уже алый пол.
Хаджар, видя что пять Плащей, обнажив клинки, готовятся к атаке, взмахнул клинком. Тут же вокруг него и Серы поднялась пелена спокойного ветра. Когда имперцы атаковали, то их мечи будто застряли в вязкой субстанции. Медленно, очень медленно, но все же они продвигались сквозь пелену.
– Сера! – Хаджар опустился рядом с ведьмой. – да очнись же ты, проклятье!
Хаджар вырвал тело мертвого друга из рук Серы и заглянул ей в глаза. Там он увидел ничего, кроме всепоглощающей пустоты. Она затягивала его внутрь, манила блаженным забвением внутри печали, тоски и цветущего одиночества.
Генерал справился с соблазном. Он стряхнул с себя наваждение. Не найдя ничего лучше, он отвесил подругу звонкую пощечину. Мигом в глазах Серы зажегся маленький огонек, впоследствии разбудивший пожар ярости и желания отомстить.