А та научила её как танцевать. Не вульгарно или страстно, а просто наслаждаться жизнью и музыкой. И через танец, девочка, став девушкой, действительно научилось любить жизнь во всех ей проявлениях.

Она смеялась, когда от бега наперегонки с подругами, разбивала коленки в кровь. Улыбалась уличным музыкантам и всегда выискивала пару монет, чтобы бросить в их походный котелок.

Из девочки вскоре выросла девушка. Красоты такой, что улыбкой могла бы остановить войну, а печальным вздохом – развязать кровавую битву. Но ни одно сердце не было ею разбито. Она любила всех и все вокруг себя, окружая легким весельем и незримой заботой.

Цветы расцветали в её присутствии, птицы присаживались поближе, чтобы спеть свои лучшие песни, а животные лоснились к рукам и ногам. А она, даже на шестнадцатую весну, продолжала носить простые платья, танцевать на ярмарках и смеяться легко и заливисто.

Дергер, чьи руки были по крови настолько, что та уже затапливала сердце, впервые ощутил нечто жгучее на своих щеках. Он дотронулся до них, чтобы обнаружить на пальцах слезы. Пара капель упала на Зеркало Истины, проливаясь дождем на пути юноши, идущего в город к девушке.

– Бесспорно, достопочтенный Рахаим, – слегка поклонился Хаджар. – я еще не слышал рассказчика искусен, чем вы, но пока не понимаю, как это все связано с цветочным пиром и эликсиром.

Старик вновь выдохнул облако дыма.

– Молодые… вы всегда торопитесь… слушай внимательно, Северянин, и узнаешь. Всему свое время. Время слушать и время страдать. А история, как раз, все ближе подбирается к страданиям.

Глава 320

Глава 320

Когда юноша пришел в город, то тут же столкнулся с жестокой реальностью. В деревне к нему относились как к родному. Пусть случалось драться и ссориться, но “по-семейному”. Здесь же, сходу, стражи потребовали немыслимую пошлину за вход. Судя по тому, как они посмеивались, то явно были не против обобрать наивного простачка.

Спорить с ними юноша не стал, да и не смог бы он переспорить рослых мужчин в доспехах и с оружием в руках. Выбор остался весьма простой. Либо расстаться со всеми деньгами, заработанными тяжелым трудом в полях и на мельнице, либо поворачивать обратно.

В результате коротких душевных метаний, юноша вошел в город без денег, но с гордой улыбкой. Он легко преодолел первую трудность и теперь будущее казалось ему пусть и не безоблачным, но посильным.

– Посильным, – тихо повторил Эйнен. – в нашем варианте истории ему сломали ноги и выкинули в канаву.

Рахаим, услышав, пожал плечами.

– Истории на Островах всегда пересказывается сквозь призму сотен тысяч путешественников, идущих сквозь ваш земли… То есть – воды.