Глаза убийцы, несущей какой-то безумный бред, вспыхнули огнем неистовой ненависти.

– Я не убью тебя, мальчишка. Нет-нет. Я принесу тебя своему Мастеру, Крылу Ворона!

Внезапно Хаджар в очередной раз вздрогнул. Он снова посмотрел за спину девушке. Там, на ветке каким-то чудом уцелевшего дерева, все еще сидел тот самый ворон. Несколько минут назад показавшийся Хаджару смутно знакомым, теперь он предстал в образе напоминания о далеком прошлом.

Хаджар вновь стоял на широкой платформе святая святых обители секты Серных Врат. Он, пришедший биться с её Патриархом, оказался обездвижен и почти уничтожен аурой одного лишь Рыцаря Духа.

Теперь сходства девушки-убийцы и знакомого Патриарха секты были на лицо. Её шлем, её меч, даже её движения – все это напоминало Хаджару о Крыле Ворона.

– Вижу, ты знаешь его, – безумная улыбка искривила лицо убийцы. – О, те муки, которые Повелитель подарит тебе, будут ничем на фоне моих страданий. Готовься к вечности боли, жалкий червь!

Девушка, внезапно, вытянула вперед левую ладонь. Она сжала её на манер меча, а затем с силой вонзила себе же в грудь. Кровь потекла по её доспехам. Она заполняла узоры, которые раньше Хаджар считал простым орнаментом. Придумкой артефактора, изготавливавшего броню.

Ворон за её спиной, взмахнув крыльями и что-то прокаркав, слетел с ветки и исчез по ту сторону черного купола.

Кровь, на доспехах убийцы, вспыхнула ярким светом. Она запылала красным огнем, а по Хаджару ударило давление, сравнимое с тем, что он ощущал рядом с Повелителями. Но при этом оно постепенно ослабевало. Точно так же, как ослабевала и жизнь в Рыцаре Духа.

– Проклятье, – выругался Хаджар и перехватил меч поудобнее.

Эта была одна из тех техник, что выкачивала из адепта саму жизнь. Решение, на которое пойдет не каждый. Отдавать годы и даже века жизни за секунды невероятной силы.

– Молись праотцам, пес! – выкрикнула Рыцарь.

В это же мгновение позади её спины в воздухе вспыхнули очертания цветка. Того самого, что расцвел в трактире под ногами Хаджара. Вместо бутона, у цветка виднелись двенадцать лезвий. А его листья – жуткой формы шлемы.

Хаджар слышал о техниках пути Духа Крови. Они требовали кровавых жертв и потому считались не самыми добропорядочными. И, видимо, одним из условий для призвания в реальность своего Духа, была жертва. Личная жертва.

Ведь иначе бы убийца призвала Дух куда раньше.

По её глазам было видно, что она испытывает жуткую, ни с чем не сравнимую боль. Но её руки все так же крепко сжимали рукоять клинка. И, будто в подтверждение мыслей Хаджара, реки крови, разлитые по саду, начали втягиваться в её рану.