– К бегству? – брови эльфа взлетели вверх. – Они не наши пленники, дочь моя, а гости Доры и вольны уйти в любой момент.

Энора тут же поклонилась отцу.

– Я поняла тебя, отец, – затем она повернулась к Хаджару с Эйненом и, отсалютовав им, коротко кивнула. – Приношу вам, ученики школы Святого Неба, свои извинения. Надеюсь этой суммы будет достаточно, чтобы сгладить наше небольшое взаимное недопонимание.

С этими словами она вытащила из пространственного кольца туго набитый мешочек. Бросив его к ногам Эйнена, она повернулась к гвардии и коротко скомандовала:

– Уходим!

– Да, миледи!

– Постой, дочь, не торопись, – Король поймал за руку едва ли не убегающую Энору. – Император созывает Большой Военный Совет. Ты отправляешься во дворец вместе со мной.

– Большой Военный Совет? – теперь уже пришел черед бровям Эноры ползти ей же на лоб. – Неужели он собирается объявить…

– Что собирается Его Императорское Величество, знает только Его Императорское Величество, – Король недвусмысленно кивнул в сторону двух друзей. – Мы вылетаем через час. Пожалуйста, будь готова к этому времени.

– Обязательно, отец, – кивнула Энора и, вместе с гвардией, покинула зал.

Несколько секунд атмосфера оставалась такой же накаленной. Разрядилась она только тогда, когда слово взяла Дора.

– Простите мою сестру, – улыбнулась девушка. – Она очень обо мне заботится и мало кому доверяет.

– Все в порядке, старшая ученица, – поклонился Эйнен. – мы все прекрасно понимаем и просим простить нас самих. Дни выдались тяжелые и наши суждения затуманены. Если мы доставили дому Марнил неудобства, то готовы возместить их любым выполнимым для нас путем.

Хаджар, достаточное время проживший во дворце, и то не умел так витиевато и двусмысленно выражаться, как пират-островитянин. И, тем более, он не слышал, чтобы островитянин, в присутствии чужих “людей” говорил так много.

О, Высокое Небо…

– Дом Марнил не имеет к вам претензий, – отрезал Король. – Вы можете идти. И, мой вам совет, в ближайшее время постарайтесь не покидать территории школы Святого Неба. Хотя…

Он посмотрел на Хаджара, а затем отвернулся.

– Не уверен, что у вас это получится… Дора, проводи своих знакомых до школы.

– Разумеется, отец, – теперь и Дора сделала книксен.

Гера просто молча взирала на процесс. Видимо она считала, что сделала все, что должна. А вопросы высокой политики и интриг целительницу не волновали. Разве что немного пугала перспектива принятия определенного решения на Большом Военном Совете.