– Неженки, – прошептала Аркемейя, снимая браслеты с рук Хаджар.

Тот, освободившись от волшебного железа, потер запястья, а затем самостоятельно закрепил поддельные кандалы. Чтобы снять такие, истинному адепту требовалось приложить лишь немного усилий.

– Все помнят свои роли? – спросил Хаджар, повернувшись к опешившему отряду.

Даже Степной Клык и тот выглядел ошарашенным и, пусть и не напуганным, но готовым избавиться от последнего приема пищи.

Хаджар, видевший изуверства секты Черных Врат, все же превзойденных этой кухней, обошелся лишь легким шоком.

– Мы действительно будем прислуживать этим монстрам? – губы Ирмы слегка дрожали. – и подносить им… подносить им… подносить.

– Успокойся, сестра, – Алея схватила беловолосую девушку за руку. – не думай об этом. Лучше думай о том, что мы спасем наш родной дом и избавим родных от подобной участи, когда убьем короля.

– Готовы? – в глазах отряда все еще плескались океаны сомнений, но, самое главное, в них не было трусости. – Тогда переодеваемся.

Хаджар, многое разузнавший от Аркемейи про устройства замка, заранее спланировал то, как именно они проберутся на бал Да’Кхасси.

Единственное, чего он не учел – что действовать ему приходилось не в компании бывалого авантюриста и вояки, или наследника пиратского клана, а с кучкой недавних школяров.

- “Да помогут нам Вечерние Звезды!” – с этими мыслями Хаджар ребром ладони вырубил одного из смертных и, усилием воли, стянул с него одежду.

Спрятав свои обноски в пространственное кольцо, он надел серую хламиду, он взял в руки поднос. Изящно сервированный, он бы выглядел весьма аппетитно, если бы не знание о том, что именно на нем подавали.

Вскоре все уже выглядели так же, как и остальные официанты смертные, которые порой приходили на кухню, брали подносы и исчезали в длинном, узком коридоре.

Степной Клык, который не особо был похож на человеческого смертного, прошептав что-то на своем рычащем языке, опустился на четвереньки. Аркемейя, взявшись за цепь, повела его за собой будто собачку.

Хаджар, слившись с толпой безумных от удовольствий смертных, вошел в коридор. Темный, тесный, он вел в сторону шума и серебристого света.

И, спустя десяток секунд, он едва сдержал возглас восхищения. В огромном, казалось – полностью сделанном из хрусталя зале, кружились под медленную, красивую музыку, сотни пар.

Высокие мужчины в изысканных камзолах, застывшие в том возрасте, когда им не стоит труда, чтобы заставить девичье сердце биться сильнее.

И женщины, вышедшие из мечтаний смелых юношей, тоскующих по теплую девичьей плоти. Они были прекрасны в своих пышных платьях. Их белые, редко когда – черные волосы, плыли в такт воздушным движениям длинных, стройных ног. Осиные талии, подчеркнутые широкими поясами, казалось, можно было обхватить двумя большими и указательными пальцами.