– Верни меня обратно, – едва ли не в приказном тоне, потребовал Хаджар.

Недавно черные и пустые глазницы некогда великого Императора Дарнаса вспыхнули синим светом. Таким же, каким был выстлан мрамор этого огромного, тронного зала.

В нем, вполне комфортно, можно было разместить два, а то и три военных летающих фрегата.

– Ты, мелкий сор перед моими глазами, смеешь мне приказывать?! – от рева скелета задрожало пламя, вьющееся над огненными урнами. Хаджар же не стал акцентировать внимания, что у мертвеца глаз, все же, не было. – Как смеешься ты даже мыслить о том, чтобы сметь мне…

– Мой друг может быть в беде, – нагло перебил Хаджар. – И будь ты хоть богом, хоть Князем Демонов, я бы потребовал у тебя – Верни. Меня. Обратно!

Отчего пыл скелета тут же стих. Декатер, или же его костяная копия, откинулся на спинку своего трона и посмотрел на Хаджара.

Опять же – именно посмотрел. Пусть в его глазницах уже и не пылал синий огонь, но Хаджара не покидало ощущение, что скелет смотрит ради него.

– И ты пожертвуешь дарами моего учителя ради своего друга? – то ли недоверчиво, то ли заинтересованно спросил Декатер.

– Однажды, тоже ради друга, я отказался от Наследия Бессмертного Мечника, – выпалил Хаджар. – Что мне дары твоего учителя, Безымянный Император.

И это была чистая правда. Теперь Хаджа понимал, что и сам великий Декатер не смог пробиться сквозь оковы ступени Безымянного. Иначе разве находился бы он здесь, запертый и лишенный свободы воли, в обличии простого скелета.

Слова же, произнесенные Хаджаром, вновь заставили древнего императора засмеяться. В этот раз он даже запрокинул череп и задергал челюстью.

Его зубы стучали друг о друга и издавали звук, схожий с тем, если ударить лопатой по крышке гнилого гроба.

– Прости, маленький воин, но я не в силах тебя отправить обратно, – ответил, наконец, Декатер. – Как, возможно, ты уже догадался, я оставлен здесь выполнять волю моего учителя, да пожрут его души самые ужасные из тварей бездны. Да сгинет имя его в веках. Да будет…

Пока Хаджар размышлял над тем, как ему выбраться из зала и прийти на помощь Эйнену, Декатер сыпал самыми последними проклятьями.

Видимо отношения между ним и его учителем, по-видимому – создателем этого искусственного мира, складывались не лучшими.

– Ты говоришь про Эрхарда? – спросил Хаджар.

– Эрхард, – скелет явно сделал сплевывающие движение, но слюны, понятное дело, у него тоже не было. – Один из обманутых глупцов. Впрочем, этого влюбленного мальчишку постигла участь куда худшая, нежели нас – оставленных встречать новых идиотов.