Хаджар едва было мясом не подавился. Нет, он был готов многое терпеть, но вот это – “ученичок” уже выходило за все границы.

Вскочив на ноги, Хаджар сам не заметил, как схватил первое, что попалось ему под руку. Не обращая внимания на предмет, он думал, что это простая палка.

Увы, на следующие одиннадцать месяцев, это будет единственным, что, помимо мяса, Хаджар будет держать в руках.

– Не заслужил? Не заслужил?! А кто тут, недавно, задницу твою спас от безумного старика?! – Хаджар заозирался. – А где он, кстати?

В этот момент что-то невидимое ударило ему в живот. Разом выбивая все дыхание и заставляя упасть на колени.

– Для тебя Великий Герой – Касий, Ректор школы “Святого Неба”.

– Как будто… я знал… как его зовут, – прохрипел Хаджар.

Выпрямившись, он, машинально, откусил еще немного мяса, что вызвало очередной одобряющий кивок со стороны Оруна.

– Спаситель… – фыркнул Орун. – Вижу, ты прошел предыдущую тренировку и стал Рыцарем.

– О, спсибо, что заметил, а теперь ответить на вопрос – что здесь…

Хаджар увидел лишь размытое пятно – и это с учетом, что Орун, скорее всего, двигался лишь в сотой доле от своей настоящей скорости.

Руководствуясь одними лишь инстинктами, Хаджар поднял, как оказалось в последствии – старательно выточенный из дерева, довольно увесистый тренировочный меч.

По форме он идеально повторял каждый миллиметр Черного Клинка.

Хлесткий удар костровой палочки рассек щеку Хаджару.

– Слишком высоко.

– Чего?!

– Меч, – Орун, очередным быстрым, незримым для глаза, ударом костровой ветки, оставил кровавую полосу на локте Хаджара. – Слишком высоко держишь. Локоть опусти, – очередной удар, только теперь уже сверху. – запястье свободнее и разверни немного, – третий удар пришелся под самое основание ладони. – Так, даже если у тебя руки из задницы, парировав удар, ты тут же сможешь контратаковать.

Хаджар не успел ничего понять, как в руках Оруна оказался точно такой же, тренировочный, деревянный меч. И, если в прошлый раз, он ударил по щеке Хаджара костровой веткой, то теперь этот удар пришелся плоскостью меча.

Пусть и деревянного, но часть зубов дробью вылетели изо рта Хаджара, а сам он полетел куда-то в забытие.

Перед тем, как потерять сознание, он услышал: