Но все это меркнет перед взрывом, разорвавшим в клочья мануфактуру Дельфи.

Акена, раскинув руки в сторону, полетела куда-то вниз. Её волосы слились с пламенем.

Хадажр тянулся к ней. Пытался спасти. Но не мог.

Он был слишком слаб.

Все еще слишком слаб.

- “Помни меня”.

А затем все исчезло.

Дверь в покои Императрицы Дарнаса открылась и на пороге показался её муж.

- Помоги мне расчесать волосы, любимый, - попросила она, протягивая гребень.

Морган подошел к ней со спины и принялся спокойно расчесывать её струящиеся, шелковые волосы.

Они молчали.

- Ты ведь знал, - прошептала Императрица. - знал, что когда твоя нагулянная девка вернется в Запретный Город, то я так или иначе заставлю её отправиться с моим… нашим сыном, чтобы там она и сдохла!

Морган продолжал расчесывать её волосы.

- Ты думал, что я позволю ей жить? Дышать?! Быть угрозой для будущего моего ребенка! Никогда! И ты все это знал! Всегда знал! С самого первого дня, когда привел эту рыжую потаскуху, её мать, во дворец! Знал, что она родит тебе ребенка! Знал, что я использую все, что мне подвластно, чтобы сжить её со свету! Знал, что я подкуплю Рекку и использую её клятву с Акеной! Знал, что именно я вложу в её руки клинки, которую перережут глотку твоей шлюхе!

Морган все так же мерно расчесывал на отдельные пряди волнистые, черные, как сама ночь, волосы.

- Ты все знал! Ты все это спланировал! Как и всегда… И, самое ужасное, это знала и я - знала, что мы, весь Дарнас, лишь марионетки для тебя.

Гребень плыл среди черных волос.

- Скажи мне, ты хоть когда-нибудь любил? - прошептала, дрожащим голосом, на глазах стареющая Императрица. - Перед тем, как… ответить мне.

Морган наклонился к её уху и жарко прошептал.