Не напрямую, во всяком случае.

Этот старый, почти забытый ход, нужен был ради одного – дать возможность благородному, достойному Дарнасскому офицеру полюбить принцессу, которую он не мог не полюбить.

И дать принцессе возможность полюбить офицера, которого она не могла полюбить.

Но ведь изначально этот воин отправлялся с миссией в регион, где, возможно, замышляли зло против Империи. И, как преисполненный честью и достоинством солдат, он принес клятву. Глупую клятву.

И теперь, любящий отец маленького ребенка. Муж правительницы Лидуса. Регент-отец. Он самый верный кинжал, в руке Моргана.

Всего из-за пары слов, которые он обронил, когда принимал назначение из рук ставленника Тайной Канцелярии.

Всего пара слов…

– Достаточно, – произнес Морган и давление унялось.

Ветер исчез.

И это тоже было — Слово.

Вот, что делало Регент-Мать и Моргана Бесстрашного могущественнее, чем любой Великий Герой. Они знали силу слов. Истинных слов.

Как и Хаджар.

Как и Алый Мечник.

Величайший воин, со времен Последнего Короля.

– Она так сильно желает моей смерти?

— Регент-Мать винит тебя, Безумный Генерал, в смерти своего сына. Поверь мне. Она желает твоей смерти так яростно и страстно, что будь её воля, она бы отдала мне свой престол лишь за то, чтобы я доставил тебя к ней.

— И почему тогда…

– Клятвы, Хаджар, они сковывают не только офицеров, которых отправляют с заданиями в дальние регионы.

Хаджар вновь посмотрел на Моргана.

Проклятые интриги… как он их ненавидел…