Возможно, в этом был какой-то потаенный смысл, но Хаджар его не понимал. Более того – ему было плевать.

Заглянув внутрь самого себя, он высвободил все мистерии меча, которые постиг за это время. И, что удивительно, за то время, пока он жил в миру с Аркемейей, они стали лишь глубже и целостнее.

Его истинное королевство развернулось светом небесной стали. Продвижение удара-химеры Теанта замедлилось, но сама “техника” не потеряла ни в силе, ни в своей разрушительности.

Она не излучала в окружающий мир ни малейшего эха. Была полностью сосредоточена внутри себя. Настолько, что её сложно было отличить от реального монстра.

И, все же, это лишь то, как удар меча Теанта преобразовался, пройдя через призму чего-то, что находилось даже глубже, чем Река Мира.

Хаджар слегка согнул колени. Он вытянул перед собой два пальца левой руке и провел по ним Синим Клинком. Так, словно прицеливался.

Не закрывая глаза, он вслушивался. Не в рев техники. А в ритм деревянного сердца Рыцаря.

Несмотря на техники, на все то, что как мишура, бросалось в глаза, это все еще оставался поединок на мечах. И Хаджар сражался. Сражался на них почти с самого детства. Теперь понимал, что никогда этого не хотел, но сражался.

“Что ты будешь делать, Хаджар, когда придет тот, кто захочет все у тебя отнять?”

Выдержав паузу, когда удар-монстр уже почти коснулся его брони, Хаджар, внезапно, взмахнул Синим Клинком. Свет, сорвавшийся потоком ветра с его лезвия, срезал листья, рассек корни, срубил камни и потушил пламя, оставив лишь силуэт меча Теанта.

Химера лопнула мыльным пузырем, обнажив внутри свою суть – удар. Удар, который Хаджар отразил и тот, уносясь по мертвому лесу, крушил его, превращая в глубокую борозду, шириной и глубиной достаточной, чтобы стать руслом небольшой реки.

Хаджар стал дышать чуть тяжелее. Этот трюк, который он однажды увидел в сражении Оруна и старика наставника школы Святого Неба, оказывается, стоил немалое количество энергии. Именно она, опережая удар, срезала с “техники” противника все наносное, обнажая саму суть.

— Твой меч силен, – кивнул Теант. – но…

— Но время разговоров прошло, — Хаджар погрузился еще глубже. Туда, где билось уже его собственное сердце. Сердце его пути среди ветров… среди облаков. – Песнь Первая: Драконья буря.

Небо над темнолесьем сомкнулось тяжелым саваном грузных громовых облаков. Молнии в них забили проливным дождем из стального огня. Мечами они свились в огромную драконью пасть. Она сверкала позади Хаджара. Выше, чем шпиль Запретного Города и шире, чем врата, ведущие в столицу Ласкана.