Абрахам вздохнул и надвинул шляпу на глаза. Отойдя в сторону, он протянул руку в сторону Хаджара.

— Прошу, — произнес он.

Лэтэя кивнула и подошла к раненному. Тот тяжело дышал. Выглядел бледным. Смуглая кожа едва ли не посерела, а и без того седые волосы выглядели прозрачной тканью, колышущейся на ветру.

— Тебе надо позволить мне…

— Я уберу технику защиты плоти, — прошептал Хаджар. Слова давались ему с трудом.

Звездная пыль успокоила энергию, но не убрал жар внутри ядра. И этот жар горел внутри горном, достойным предков Албадурта. Он буквально сжигал душу Хаджара. С каждым мгновением он ощущал, как становился слабее.

— Надо положить его на землю.

Хаджар снова смутно понимал, что происходит. Вроде чьи-то руки, поддерживая его, аккуратно опустили на землю. Кто-то вложил в зубы рукоять кинжала и попросил крепко сжать.

— Я приступаю, — услышал он смутно знакомый голос, а затем его плоти коснулась полоска холодной стали.

За свою жизнь он успел познакомиться с болью достаточно хорошо, чтобы обращаться к ней на ты. Но то, что он ощутил в момент, когда простой смертный клинок, которым приносят клятвы, вошел внутрь его энергетического тела и рассек пространство над ядром…

Боль была такая, что перед глазами Хаджара закружились белые круги тайфунов. Они были похожи на облака… облака которые он уже видел в своей жизни. Или, может быть, не в своей… что-то происходило в его памяти и…

Все стихло.

Замерло.

Боль ушла.

Сознание постепенно возвращалась обратно. Он смог различить силуэты и Лэтэю, смывающую с клинка кровь. Черную, вязкую, не похожую на ту, что бежит по человеческим венам.

— Ну?! — с нетерпением поторопил Абрахам.

— Как я и думала, — тяжело произнесла Лэтэя. — Это заражение чужеродной энергией. У меня есть лекарство, но…

— Принцесса! Клянусь богами и демонами! Моно без придворных пауз?!

Принцесса перевела взгляд с нервничающего Абрахама на Хаджара.

— Это очень сильное заражение. Я даже не знала, что такое возможно. Лекарство лишь замедлит распространение инфекции.