Хаджар хотел ответить, что чувствует нечто схожее, но не стал. В его жизни было не так много тех, кого он мог назвать другом. Но каждый раз, когда такой человек появлялся, для него это не заканчивалось ничем хорошим.

— Лэтэя, я…

— Эй, голубки! — из окна показалась голова Абрахама. — у нас тут что-то вроде решения наклевывается!

Глава 1468

Глава 1468

В глубокой пещере, под сводом сияющих серебром камней, покоился прекрасный алтарь. Высеченные на его плитах сцены могли заставить замереть сердце любого из наблюдавших. Веселая девочка, игравшаяся с животными. Прекрасная девушка, заплетавшая косы.

Невиданной красоты женщина. Внешне холодная, но с теплыми и милосердными глазами.

Цветы усеяли пол пещеры. Они покрывали камни таким густым ковром, что ступавший никогда бы не почувствовал камней под стопами. И красоты бутонов была сравнима лишь с красотой той, что покоилась внутри алтаря.

Гробница.

Вот что это было.

И посреди этой гробницы ходил мужчина. Его волосы — чистое золото. Взгляд — самое сияние. Бронзовая кожа и фигура, правильная настолько, что никакой скульптур не смог бы повторить этого атлетичного изящества, гармонирующего с силой и выносливостью.

Одетый в золотые одежды, мерцавшие и сиявшие с каждым его движением, мужчина ходил по пещере. Он нагибался, чтобы подобрать увянувшие цветы. Убрав их в мешок, привязанный к поясу, он доставал из заплечной корзины новый цветок и бережно опускал его на место завянувшего.

— Неназываемый, — произнес мужчина в пустоту.

— Ирмарил, — ответила та ему. — из всех обитателей Седьмого Неба, лишь ты один отказываешься именовать меня Императором.

— Из всех обитателей Седьмого Неба, лишь я один достаточно стар, чтобы помнить о том, что ты девятый из тех, кто занимает этот трон. Я устал запоминать ваши имени и регалии. Меня это уже давно не волнует.

— Стар? — переспросила пустота. — Ах, ну да, я забываю, что ты, как и твои дети — феникса, умираешь и перерождаешься вновь, но сохраняешь воспоминания.

Мужчина по имени Ирмарил никак не отреагировал. Он был занят своим делом. Тем же делом, что позволяло ему не сойти с ума на протяжении всех этих эпох.

Он ухаживал за могилой той, что так и не успела отдать ему свое сердце. Не было на Седьмом Небе такой богини или бога, чтобы не согласились разделить с ним постель. Многие были готовы связать свою жизнь, но… сердце бога солнца, несмотря на все его могущество, имело место всего для одной.

— Это был её выбор, Ирмарил. Она пыталась спасти своего друга, но погибла сама. Хватит печалиться и…

— Уходи, Неназываемый, — перебил мужчина. — тебе нет здесь места и нет тех, кто был бы рад твоему приходу.