«Дуэса Шин-раг».

– Слова не женщины, но маленького ребёнка, – произнесла Дуэса, ступая на поляну из-под сени деревьев. Почти сразу следом показался Ниаллан, исхудавший за считаные дни; его седые волосы были всклокочены, аккуратная прежде бородка завивалась разом в две стороны, а глаза были выпучены, как у морской рыбы, вытащенной из глубины. – Ибо женщина внимательно слушает, что говорит мужчина, когда очерняет себя: как правило, он не лжёт, напротив, преуменьшает. Сидше и впрямь хорош в постели, но больше ни на что не годен. Возьми его как любовника – и испытаешь удовольствие; доверь ему дело – и непременно разочаруешься, потому что он поступит по-своему и в конечном итоге тебя предаст. Видишь ли, коварство в его крови.

Сундук, точно откликаясь на чувства хозяйки, полетел ближе, наполовину заслоняя её; Фог медленно поднялась, сжимая кулаки, и морт забурлила вокруг неё, взвилась бездымным пламенем. Сердце дёрнулось – и заколотилось где-то в горле.

Дуэса, улыбаясь, ждала ответа – дивная желтоглазая красавица с покатыми плечами, облачённая в многослойные полупрозрачные одежды цвета золота; силуэт тела угадывался под ними, но лишь настолько, чтобы взбудоражить воображение, не открыв притом лишнего. Её движения были плавными, речи – нежными и сладкими, а тёмные губы сулили удовольствие.

И всё же при взгляде на неё начинало мутить.

«Я и не представляла, – промелькнула мысль, – что можно кого-то ненавидеть так сильно, что даже страх пропадёт».

– Ваши слова безмерно радуют меня, Дуэса Шин-раг! Желая оскорбить, вы лишь превозносите человека: ведь если кто-то не может делать с вами одно дело, то он благороден духом и умеет отличать добро от зла, – упрямо вздёрнула подбородок Фогарта. И, подумав, добавила: – А вы – падшая женщина!

Голос у неё почти не дрожал, когда она говорила это.

– Как неласково! – притворно огорчилась Дуэса, всплеснув рукавами. – К чему столько злобы, милое дитя? Мы ведь делим одних и тех же мужчин, значит, у нас так много общего…

– Мы никого не делим хотя бы потому, что никто из них вам не принадлежит! – выпалила Фог – и заметила с радостью, как у Дуэсы дрогнули и опустились уголки губ.

«Значит, попала в цель, – пронеслось в голове. – Надо продолжать говорить – и стягивать морт. На моей стороне сила; на её – опыт. Значит, нужно больше силы».

– Ты упорствуешь в ненависти, хотя клялась, что будешь мне благодарна за помощь и совет, – с напускной печалью вздохнула Дуэса. Морт вокруг неё тоже колебалась, словно танцевали призрачные змеи. – И если я падшая, то Сидше – и вовсе гнилая грязь под ногами, потому что не счесть женщин, которых он ублажал. Пожалуй, ты верно поступила, когда не стала делить с ним ложе: и впрямь, можно запачкаться.