И всё же он был прекрасен, капитан «Штерры», облачённый в чёрные одежды.

– Я вернусь, – сказала Фог – и, развернувшись, побежала, сперва медленно, потом всё быстрее.

Её душили слёзы; казалось отчего-то, что она совершает непоправимую ошибку.

Озеро Арирамар выглядело так, словно до него рукой подать, но это было иллюзией.

Сперва Фог неслась впрыпрыжку, пока слёзы на лице не высохли, а дыхание не сбилось; затем взобралась на сундук и полетела. Внизу мелькала непримятая трава, перевитая цветами, тянулся вверх кустарник, покачивались тонкие, как прутики, верхушки деревьев… Здесь было красиво. Граница между Ишмиратом и Лоргинариумом проходила точно по озеру, и потому близ него никто не селился, разве что в полудне пути и дальше. Говорили, что вода Арирамара, чуть кисловатая, очень полезна и едва ли не способна исцелять болезни, и торговцы охотно поддерживали это заблуждение.

Вот о чём никто и никогда не говорил, так это о том, как необычно течёт в окрестностях озера морт – бьёт из-под земли невидимыми фонтанами, рассеивается, поднимается к облакам.

– Похоже, место тут и впрямь странно, – пробормотала Фог. И хлопнула сундук ладонью покрышке. – Быстрей! Быстрее, пожалуйста!

И он летел быстрее.

Отыскать Дуэсу оказалось несложно. Она стояла за кромкой холма, на мысе, далеко вдающемся в озеро. Морт, бледно-розовая, пурпурная и золотая, бурлила вокруг неё, вытягивалась тонкими спицами – и впивалась в озёрное дно; с каждым уколом дрожь становилась всё ощутимее.

– Ты всё-таки явилась, – сказала Дуэса. Её красивое лицо покрылось испариной, на щеках и на лбу проступил некрасивый пятнистый румянец. – Ну что же, я не удивлена… Но ты опоздала. Смотри сама.

Земля сотрясалась уже почти непрерывно; на поверхности озера что-то бурлило; то там, то здесь начинал вздыбливаться холм из воды. Стало ощутимо жарче. Фог коснулась своей морт пурпурных «игл», вонзённых в дно, и проследила за тем, как они уходят на глубину – под глину и песок, через скалы, залежи мирцита и снова скалы, ниже и ниже. Там, в недрах, где не могли выжить даже чудовищные твари – кроме огромных змеев, рождающихся в пламени и умирающих там же – бурлили расплавленные породы.

«Под озером слои скал и земли тоньше, получается как будто перевёрнутая воронка, – ошеломлённо подумала Фог. – И если надавить, то расплавленные породы поднимутся по этой воронке, выбьют узкое горлышко, и… и что тогда?»

Она представила, как жидкий огонь соединяется с водой; как вздымается в вверх, заполняя всё от горизонта до горизонта, смертоносное облако: пар, пепел, камни, кипящий металл – мелкая взвесь, выжигающая всё на своём пути. Если бы оно сдвинулось к Ишмирату, то могло бы, пожалуй, достичь даже Шимры; если бы к Лоргинариуму…