— Ты пренебрегла моими советами. Никому нельзя верить, Мария. Никому! Твои безумные поклонники, обожаемого тобой, света выдадут тебя первым же наблюдателям ОГМ, которые не прочь изучить представителя нашего народа.

— Я верю церкви и ему тоже. Мне очень приятно, что ты беспокоишься обо мне, Яков, но твои опасения излишние. Его зовут Мадрес, он хороший человек, и сам Создатель даровал нам своё благословление.

Она улыбнулась с такой доброй, что даже суровый Яков немного смутился, и бережно положила свою ладонь на живот. Яркие голубые глаза сияли от того тепла, которое излучала Мария, в то время как воин, опешив от своей догадки, нерешительно смотрел на её руку.

— О чём ты говоришь? — спросил он.

— Я жду ребёнка. Первого ребёнка за несколько тысяч лет, который родится от представителя нашего народа, Яков. Ты понимаешь, что Создатель даровал нам шанс.

— Что ты несешь? Какой к чёрту Создатель? Плевать он хотел на нас, и всё, что с нами связано. Единственное на что мы годимся — это сдохнуть в одиночестве, в ненависти ко всему мирозданию! Не забывай нашу природу, Мария! Нет никакого шанса!

— Каждый сам выбирает свой путь и волен изменить свою природу, — Мария поднялась со ступеней и отправилась внутрь храма, — все смертные приходят в этот мир свободными, и остаются таковыми на протяжении всей своей жизни, чтобы ты там не говорил. Научись быть свободным, Яков. Запомни, не стоит становиться тем, кем тебя все считают.

***

56 день Глора, 537 г., над Внутренним морем, граница Княжества

56 день Глора, 537 г., над Внутренним морем, граница Княжества

Внезапный шорох вывел его из хрупкого сновидения, и перед собой он увидел, крадущуюся на четвереньках, Лайлу, виновато скривившуюся из-за того, что разбудила наёмника. Рукой она копошилась в сумке, пытаясь что-то найти, но тихо у неё это не получилось, в общем-то, как и всегда.

— Прости, Яи, — шёпотом извинилась она, чтобы не разбудить всё ещё спящего Шимея, — мне захотелось пить, искала флягу с водой. Тебе наверняка снился хороший сон.

— Ничего страшного, — улыбаясь, заверил он девочку, — я не могу видеть хорошие сны. Они мне просто-напросто не снятся. Вместо этого я вижу воспоминания, а за столько лет этого накопилось прилично, и их нельзя назвать прекрасными.

— И много тебе лет? — спросила девочка, достав флягу с водой и принявшись утолять жажду.

— Гораздо больше, чем тебе, — усмехнулся он, после чего осмотрелся по сторонам.

Они находились на борту воздушного корабля, направляющегося в Княжество, и ещё днём, так как позволяла тёплая погода, расположились на сон на верхней палубе, среди собранных канатов, мешков и другого хлама. Был уже поздний вечер, на палубе находилось всего несколько матросов, устроившихся у края бортов. Уже совсем скоро должны появиться плакальщики.