Паскаль тут же продублировал приказ, и вестовой мигом рванул в трюм. Через несколько томительных минут бриг колыхнулся и стал медленно опускаться вниз. Матросы по цепочке передавали указания штурмана, куда лучше посадить флагман.

«Тира» мягко соприкоснулась с водной поверхностью, отчего возникшие волны только слегка качнули борт галеона. Абордажные крючья вцепились в противника и притянули его к бригу. И сразу в уши ударил тяжелый гул боя. Корабли флотилии Эскобето с яростью обстреливали транспортники, распарывая последнюю оборону «золотого каравана». Тяжело приходилось парням. «Лягушка» с переломанными мачтами дрейфовала в двух милях от эпицентра боя. «Забияка» горел, но сцепился с одним из королевских корветов. Почти вся команда пиратского судна пошла на абордаж с целью отбить его для себя.

По умелому маневрированию «Твердыни» чувствовалось, что капитан Хаддинг не впервые участвует в таких жарких баталиях. У корабля были перебиты косые паруса, оборван почти весь такелаж, и тем не менее экипаж не только огрызался. Его пушки били с обоих бортов, доставляя неудобство флейтам.

— Мы побеждаем! — выдохнул Паскаль, в избытке чувств выдергивая из ножен палаш. — Позволь, командор!

— Иди, — я не стал препятствовать страстному желанию подшкипера влезть в драку, которая уже заканчивалась. Знал, для чего Паскалю понадобилось геройство. Премиальные выжившим участникам боя будут хорошие, но всем, кто берет чужой корабль железом, рискуя жизнью во время его захвата, полагается дополнительная оплата. — Как только возьмете галеон под свой контроль, бери на себя командование и на всех парусах уходи к Каззуро.

— Есть, командор! — Паскаль поправил шляпу, и дробно стуча каблуками сапог, слетел вниз. Ловко, по-обезьяньи, взлетел на борт галеона по абордажным веревкам и исчез.

Я за него не переживал. Даже если и погибнет, одной заботой меньше. Пиратский экипаж во время побега мне не нужен. Как только вольные братья сообразят, куда я намылился, сразу же попытаются воспрепятствовать. В Дарсию я возьму только самых верных и преданных людей. Уверен, что с такими деньжищами мы сможем осесть в чужой земле и спрятаться на некоторое время от неприятностей.

Кажется, пора сваливать. Высокий борт галеона скрыл от меня происходящее на море, но по интенсивности пушечных выстрелов стало понятно, насколько плохо дело у пиратов. Транспортники конвоя, как наиболее легкие и незащищенные, оказались выбиты практически все. На корме «Красного Льва» — так назывался второй галеон — в драном кафтане появился незнакомый мне пират и отчаянно замахал руками. Он сигнализировал о захвате объекта. Молодец Китолов, справился с сопротивлением экипажа. А вот Дикий Кот терпел поражение. Ему не удалось захватить верхнюю палубу, и абордажники оказались прижаты к борту. Началось паническое бегство, усугублявшееся тем, что к галеону спешили два флейта, изрыгая огонь из бортовых пушек.