— Как твоя рана? — поинтересовалась Тира, стоя рядом со мной на капитанском мостике. Теперь она без колебаний показывается на палубе, и ни у кого не возникает суеверного страха, что женщина принесет несчастье. Ведь рядом я, удачливый командор. Да и по легенде она хозяйка брига. Понимаю, что слабая отмазка от бдительных королевских гончих, но иных вариантов не вижу.

— Побаливает, когда ночью нечаянно на бок перевернусь, — припав к окуляру подзорной трубы, обшариваю горизонт. Мы уже третий день идем на всех парусах, используя попутный ветер. Больше всего боюсь нарваться на шторм. Неопытная команда погубит корабль, поэтому никаких поблажек. Пусть руки в мозолях, усталость от бесконечных учений — но чем быстрее доберемся до берегов Дарсии, тем лучше для нас.

— Мне нравится этот штандарт, — закинув голову, Тира прищурила глаза от ярких лучей солнца, то и дело мелькающих в просветах мачт. — Знаешь, ты меня приятно удивил, когда поднял его. Красиво.

— Бриар и в самом деле великолепный художник, — честно ответил я, оторвавшись от разглядывания пустого моря. Девушка уже не щеголяла в мужском костюме, словно решила сбросить с себя последнее упоминание о временах, когда она пыталась встать наравне с людьми, внушавшим ей ужас. На этот раз под теплым плащом на ней было длинное темно-коричневое платье. Ветер играл с ее длинными волосами, отчего Тире приходилось придерживать залихватскую треуголку и отбрасывать локоны с лица. — Надеюсь, в Дарсии у него будет достаточно заказов, чтобы накопить на свою мастерскую.

— Ты правильно сделал, что заставил пиратов убраться с Керми, — похвалила меня Тира. — Если дарсийцы не встретят сопротивление, они не будут зверствовать.

— На это и был расчет, — кивнул я.

— Почему ты так на меня смотришь? — щеки Тиры стали пунцовыми.

— Жду твоего ответа, — я улыбнулся.

— Я не выйду замуж за человека, которого не знаю, — девушка вздохнула. — Ты же хотел награду за мое спасение, а не мою руку.

— Я передумал.

— А я — нет. Ты свою награду получишь. Дед, в отличие от моего случая, не поскупится дать тебе причитающееся. Но быть твоей женой, капитан Фарли, я не готова. В первую очередь, из-за твоего статуса. Ты офицер враждующего с нами государства. Если узнают — отрубят голову. Сначала тебе, а потом подумают, и на всякий случай и меня обезглавят.

— Надеюсь, твой кузен не станет болтать языком, — хмыкнул я, разочарованный словами девушки. Каюсь, хотел услышать другое. Насчет собственного обезглавливания она, конечно, переборщила, и все же репрессии в ее сторону могут последовать.