Сам Артур не любил предаваться ностальгии. Для него гораздо важнее было то, что происходит здесь и сейчас.

– Слышал, ночью ты изувечил одного молокососа, – произнес он, приближаясь к хмурому брату.

В нескольких метрах от них работал садовник Сергей, и Артур говорил вполголоса.

– Наши люди излишне болтливы, – недовольно поморщился Владимир. – Кто же из них так словоохотлив?

– Я просто задал вопрос и получил ответ, так что не нужно никого винить. Эти люди работают и на меня тоже.

– К чему ты ведешь?

– Хотел узнать, зачем столько лишних хлопот? Избивать его битой, затем везти в порт…

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Прекрасно понимаешь, – вкрадчиво проговорил Артур. – Наш отец не только отлично разбирался с неугодными молодыми людьми, но еще и хорошо зарабатывал на этом. Ты просто испортил ценный материал, хотя мог поступить иначе.

– Отвали, – зло буркнул Владимир. – Мне нет никакого дела до того, чем занимался наш отец. Я поступил так, как посчитал нужным, чтобы преподать урок всем охотникам за состоянием моей дочери. Теперь остальные трижды подумают, прежде чем соваться к Дашке со своими чувствами.

– А родители мальчишки? Они богаты и влиятельны. Их особняк стоит не так уж далеко от нашего.

– Они ничего не знают. И даже если он им проболтается, они не посмеют и слова сказать.

– Какая самонадеянность, – покачал головой Артур.

– Их выродок напал на мою дочь и получил по заслугам. У меня есть определенная репутация, которую мне нужно поддерживать.

– Да, но при этом ты отпустил второго.

– Он спас Дашу. Да, я терпеть не могу мальчишку и ненавижу его отца, но у меня есть свои принципы. Теперь он знает, на что я способен. И, хочется надеяться, отлипнет от нее.

– А если нет?

– Тогда и ему не поздоровится.

– Кстати, ты видел его приятеля? – поинтересовался Артур, издалека наблюдая за работой садовника, ловко орудующего садовыми вилами. – Того парня с крашеными волосами.

– Пару раз мельком в музее. А что?

– Это он был в операционной отца. Это ему удалось спастись, когда Кукушкин застрелил папу.

– Правда? – изумился Владимир. – Надо же, как тесен мир.

– Именно! И что, ты оставишь это без внимания?

– А что я должен предпринять? – удивился Владимир. – Этот татуированный юнец лично мне ничего плохого не сделал. С чего он должен меня как-то волновать? Еще раз повторяю, дела отца меня не волнуют. Он сам сделал свой выбор, за что и поплатился. У меня другие проблемы.

– Я тебя понял, – кивнул Артур и вернулся в дом.

Внешне он сохранял невозмутимость, но внутри у него все клокотало от ярости.

После смерти отца Артур горевал куда сильнее старшего брата. Прошло четыре года, но боль была все так же свежа. Мальчишка жив, Роман Кукушкин тоже живет как ни в чем не бывало, а их отец мертв. Но Артур этого так не оставит. Если Владимиру плевать, он сам займется решением вопроса.

Недавняя выходка брата натолкнула Артура на интересную мысль. Теперь он знал, что делать.

Круг замкнется, отец будет отомщен.

Глава 54 Для этого и нужны подруги

Глава 54

Для этого и нужны подруги

Рабочий день в музее подходил к концу, и Наталья уже поджидала Дашу на первом этаже, когда увидела свою подругу Ярославу, которая выходила из кафе с большим стаканом горячего кофе.

– Какие люди! – воскликнула Ярослава, взмахнув свободной рукой и едва не расплескав кофе. – Тоже ждешь любимую дочурку?

– Ага, – подтвердила Наталья. – Прости, что пришлось отменить наш ужин…

– По уважительной причине. – Ярослава заговорщицки ей подмигнула. – Я видела твоего Романа, и поверь, ради него я бы тоже со всеми подругами перестала общаться. Только не вздумай перестать общаться со мной, – тут же предупредила она.

Наталья мягко улыбнулась.

– Ну как у вас с ним, все хорошо? – продолжила Ярослава. – Все наладилось?

– Более чем. – Наталья облегченно вздохнула. – Пора мне и в самом деле уходить от Владимира.

– Боже, ты услышал мои молитвы! – выпучила глаза Вишнякова. – Если ты наконец приняла это решение, значит, у вас с Романом действительно все серьезно. Он что, предложил тебе к нему переехать?

– Дело не в этом. Просто я больше не могу находиться в доме, где все меня ненавидят. Даша уже взрослая. Я поговорю с ней… Если захочет, уйдет со мной, и мы снимем какую-нибудь небольшую квартирку. Не захочет, я уйду одна. Думаю, дочка меня поймет. Она хорошо знает, как ее отец ко мне относится. К тому же после всех скандалов Даша и сама поняла, что представляет собой ее отец.

– Никаких съемных квартир, – тут же заявила Галина. – У меня огромный дом за городом. Поживешь с нами какое-то время, пока не встанешь на ноги. Вам с Дашкой места хватит.

– Брось! Мы не хотим никого стеснять.

– Смеешься? В моем коттедже три этажа, шесть спален, и в каждой своя туалетная комната, а живем там только я и Галина. О каком стеснении идет речь?

– Ты меня очень выручишь, – с благодарностью взглянула на нее Наталья.

– Для этого и нужны подруги. И мне будет с кем поболтать вечерами, с Галькой-то особо не поговоришь. У нее только мальчишки и учеба на уме. А с кем мне перемывать кости соседям и знакомым?

Наталья рассмеялась.

– А еще мне нужно подыскать какую-нибудь работу. Я даже готова пойти продавцом в магазин.

– С какой стати?

– Но я же совершенно ничего не умею…

– Дорогая, ты себя недооцениваешь. Вспомни, какие вечеринки и приемы ты устраивала в прошлом! Я до сих пор помню Дашины дни рождения. Угощения, напитки, увеселительная программа! Даже мне там было весело. Тебе надо попробовать себя в качестве устроителя подобных мероприятий! Это сейчас востребовано. Люди любят развлекаться, но хороших агентств по организации праздников в городе не так уж много.

– И правда, хорошая мысль. Как-то я об этом не подумала, – призналась Наталья.

– В общем, найдем тебе и жилье, и работу. Главное – уходи поскорее от этого жуткого типа. Сразу пожалеешь, что не сделала этого еще много лет назад.

– Я жалею об этом каждый день, – вздохнула Наталья. – Но сейчас и правда пришло время что-то менять.

– Я во всем тебя поддержу, – пообещала Ярослава. – О, а вот и моя.

Со второго этажа спускалась Галина, рядом шла Алина Поздеева.

– Погоди! – воскликнула Галина. – Так у тебя с этим блогером ничего не вышло?

– Сама виновата, – вздохнула Алина. – Целый вечер рассказывала ему про Степана. Конечно, ему это не понравилось.

– Ну вот, только я собралась домогаться Бузулуцкого, а ты снова за свое. Придется переключиться на Олега. Хорошо, что он часто бывает в этом музее. Ты ведь не против?

– Уже и сама не знаю, – грустно покачала головой Алина. – Я окончательно запуталась.

– Пока примешь решение, останешься старой девой, – хмыкнула Галина. – Моя мамаша мне об этом постоянно твердит. Кстати, вот и она.

И Вишнякова помахала рукой матери. Алина поздоровалась с Натальей и Ярославой, а затем поспешила домой.

– Завтра не опаздывай! – крикнула ей вдогонку Галина.

Алина и сама понимала, что тянуть дальше нельзя. Разговор с Вишняковой помог ей собраться с духом, и она наконец решила рассказать Степану о своих чувствах, а потом спросить, как он к ней относится.

Тем же вечером Алина отправилась на баскетбольную площадку, расположенную в парке недалеко от студенческого общежития, где Степан и другие студенты иногда играли в баскетбол. Егор Кукушкин упоминал днем, что сегодня они запланировали очередную игру, и Алина это запомнила.

Перед выходом из дома девушка пристально осмотрела свое отражение в большом зеркале. Она ярко накрасилась, по-другому уложила волосы и надела очки в стильной черной оправе. Такой Степан ее еще не видел. Пусть знает, что и она может выглядеть сногсшибательно.

Сидеть у площадки на протяжении всей игры она не собиралась. Дождется, когда они закончат, а затем подкараулит Степана и пойдет вместе с ним будто случайно. По пути она все ему расскажет, и он сильно удивится. И обрадуется.

«Как хорошо, что ты обо всем мне рассказала, – скажет Степан. – Ведь я испытываю к тебе те же чувства, только никогда не решился бы в этом признаться. Потому что я очень стеснительный».

И он обнимет ее, прижмет к себе, и они сольются в жарком поцелуе. Все будет как в тех романах, которые так любит читать ее бабушка. Да, определенно, ей стоило сделать это давным-давно.

Полчаса спустя Алина подошла к баскетбольной площадке и никого на ней не увидела. Оказалось, что все уже разошлись. Алина была готова взвыть от досады. Неужели она перепутала время начала игры и опоздала? Придется отложить признание в любви на другой день, а потом опять долго собираться и настраиваться на этот непростой разговор.

Но внезапно она увидела Степана Бузулуцкого всего в нескольких метрах от себя. Он попрощался с какими-то парнями и, закинув рюкзак за спину, направился в сторону студенческого общежития. Один! Вот оно! Именно об этом она и мечтала.

Алина поспешила за Степаном. Он шел не к главным воротам парка, а к одному из боковых выходов, и Алина старалась не отставать. Бузулуцкий вроде и не торопился, но угнаться за этим шагающим подъемным краном оказалось непросто. В парке было немноголюдно, солнце уже садилось, и тени на земле становились все длиннее.

Бузулуцкий двигался легкой пружинистой походкой, Алина почти бежала сзади, соображая на ходу, как начать разговор. А что, если он рассмеется ей в лицо? Что, если она все напридумывала, а на самом деле он ею нисколько не интересуется? Она же умрет от стыда. Стоит ли ей вываливать ему все, что у нее на душе, или пусть остается как есть?