Коржик пискнул и спрятался за ноги Фетисова.

Удивительно, но гости отеля до сих пор продолжали смирно сидеть на трибунах. Грохот боя и разрушения, причиненные Анастасией и Ариной, настолько впечатлили их, что выходить из-под защиты им совершенно не хотелось. Кузя заметил, что колдуны подняли собственные щиты. Див посчитал — колдунов оказалось пятеро. Надо держать их под присмотром, чтобы не создали проблем. Еще четверо колдунов Рождественского по-прежнему держали общие щиты. Вероятно, они еще не поняли, что происходит, и действовали согласно правилам клуба.

— Надо брать их. Щиты больше не нужны.

Мончинского они нашли в комментаторской рубке. Увидев Владимира, колдун очень обрадовался:

— Ну наконец-то. Что там, снаружи?

— Подлетел вертолет его светлости князя Булгакова. Думаю, катера полиции и Управления тоже на подходе.

— Ох. Отлично. Тогда, пожалуй, стоит сделать небольшое объявление.

Он откашлялся и включил звук.

— Господа, прошу минутку внимания. Всем оставаться на своих местах. На острове работают Управление и полиция. На причалах дежурят полицейские катера. Все присутствующие задержаны до выяснения. Напоминаю, что сопротивление при задержании, особенно при помощи дива — тяжкое уголовное преступление. Оставайтесь на своих местах и не пытайтесь бежать.

Все в зале повскакивали и начали судорожно оглядываться по сторонам. Несколько человек, несмотря на предупреждение, кинулись к выходу. Щиты пропали.

И тут двери, ведущие в коридор, распахнулись, в проеме появилось что-то, похожее на гигантское зеркало. Люди, пытающиеся бежать, попятились, некоторые упали.

Зеркало исчезло, двери с громким стуком захлопнулись, и перед ними возник див.

— Иннокентий! — обрадовался Кузя. — Это же он?

— Он, — подтвердил Владимир.

С Иннокентием Кузя познакомился в общежитии Управления. Когда див зашел к нему в комнату, Кузя сразу ощутил его мощь. И не только огромную силу. Было в нем то, что заставляло слушать и слушаться. Говорил див мягко, спокойно и уверенно. Но Кузя сразу понял — он главный. И именно он приставил к Кузе Владимира в качестве «старшего». Среди дивов Управления существовала жесткая иерархия. Причем не только и столько по уровню силы, сколько по стажу службы. Конечно, чаще всего тот, кто дольше на службе, тот и сильнее. Но не всегда. Кузя был новичком и не должен был вести себя вызывающе даже по отношению к тем, кто слабее его. Система показалась Кузе вполне логичной. В таких местах нужен порядок. Но… Кузя не очень любил порядок и при других обстоятельствах обязательно бы проверил, насколько в Управлении на самом деле соблюдают правила. Но в то время он был озабочен совершенно иными проблемами…

Иннокентий прошел сквозь толпу, словно нож сквозь масло, и там, где он проходил, шум стихал. Все садились на место, чтобы покорно ждать своей участи.

Наконец див добрался до рубки. Зашел внутрь и обвел взглядом присутствующих.

Владимир шагнул вперед и замер, глядя ему в глаза. Воздух, казалось, завибрировал от потоков силы. Но через миг напряжение спало, и Владимир поклонился.

Кузя недоуменно нахмурился, но тут же понял. Взгляд глаза в глаза у дивов означал вызов, а Владимир был вторым в иерархии дивов Управления. Сожрав Арину, он набрал силу, равную Иннокентию. По крайней мере, Кузя теперь ощущал их примерно одинаково. Владимир продемонстрировал свой новый уровень. Но уступил, признав главенство Иннокентия.

— Этот остров и отель принадлежат князю Рождественскому. Его фамильяр уничтожен, сам князь бежал, и мне не известно о его участи, — доложил Владимир.

— Он арестован его сиятельством графом Авериным, — сказал Иннокентий. — Что еще?

— Нами захвачено четырнадцать принадлежащих князю и его колдунам дивов первого класса.

— Пятнадцать, — улыбнулся Кузя.

— Отличная работа, — похвалил обоих Иннокентий. — Этого хватит не только закрыть все дыры в нашем штате, но и распределить в Псков и Новгород, оттуда запросы лежат уже полгода. И даже будет чем поторговаться с Москвой. С фамильяром справился ты, я правильно понимаю? — Он повернулся к Владимиру.

— С фамильяром справилась я, — подала голос Анастасия. — И я же позволила Владимиру его сожрать. Арина много работала, чтобы собрать обличительную информацию на хозяина. Было бы глупо дать ей пропасть.

— Верное решение, — согласился Иннокентий. — Твой хозяин получит заслуженную награду. А тебе самой нужно одеться: скоро сюда прибудет его светлость, я не хочу, чтобы он видел тебя в таком непристойном виде. Тебя это тоже касается, — он перевел взгляд на Кузю.

— Только во что? Мой халат был в номере, а номер… того… все. — Кузя поднял брови, улыбнулся и развел руками.

— Пойдем, поищем что-нибудь. — Анастасия крепко взяла его за локоть, — уверена, тут без нас отлично управятся.

— Ага. — Кузя пошел за Анастасией.

— Надо найти покои этого Рождественского, — сказала Анастасия, когда они вышли. — Покои наверняка где-то рядом с кабинетом, а он не пострадал.

— Хех, — хихикнул Кузя, — Гермес Аркадьевич обещал, что мы тут все разнесем. Здорово вышло, правда?

— Правда, — согласилась Анастасия, — вот только я не планировала так рано встречаться с полицией.

— Да ерунда, — Кузя махнул рукой, — наоборот, может, тебе быстрее помогут.

Анастасия лишь с сомнением покачала головой:

— К сожалению, в мире людей все устроено не так.

Жилые комнаты князя они нашли быстро — Кузя отлично запомнил запах колдуна. Взломав дверь, Кузя сразу кинулся к шкафу и присвистнул от удивления. Шкаф был полон ярких блестящих шелковых одежд с вышивками и украшениями из камней и золота.

Кузя принялся вытаскивать вещи одну за другой.

— Ты выбрала что-нибудь? Тут и тебе найдется, правда, все очень длинное.

— Да. Здесь много платьев Арины. Видимо, они с князем жили в этих покоях вместе, — отозвалась Анастасия.

— Ага… — Кузя вытащил из шкафа почти все и остановился на широком халате из алого шелка, который подвязал золотым поясом. Потом подумал и накинул сверху еще один, из более плотной зеленой ткани, с дерущимися тигром и драконом, вышитыми серебряными нитками и перламутром. Хотел было взять еще и третий, но Анастасия остановила его:

— Мы сюда не мародерствовать пришли.

На ней самой уже было надето длинное платье из тяжелой плотной ткани и сверху накинуто что-то вроде куртки, отороченной мехом.

— Сама так оделась потеплее… — вздохнул он.

— Шелк не спасет тебя от холода. Кстати, где ты оставил его сиятельство?

— С Виктором Геннадьевичем. Он о нем позаботится. Хотя… все равно не будет же хозяин сидеть на катере. Надо принести ему одежду, надеюсь, она не пострадала.

— Согласна.

Они направились в гардероб отеля. Служителя на месте не было, он, конечно же, давно уже куда-то сбежал. Кузя без труда нашел пальто своего колдуна и его шапку.

— Пойдем.

Они спустились к причалу. Но там никого не оказалось.

— Думаю, они перешвартовываются к главному, — предположила Анастасия. — Его сиятельство не уедет в город, оставив нас тут.

— Ага. Нас вообще нельзя оставлять без присмотра. — Кузя усмехнулся.

Они помчались на главный причал. И вовремя — туда как раз подходило сразу несколько катеров.

— Полиция небось. Интересно, куда сел вертолет? Я бы посмотрел на вертолет.

— Посмотришь.

— О, стой. Подожди, подержи-ка.

Кузя вручил Анастасии одежду и бросился в будку. Сторож все так же лежал с носком во рту. А Рас стоял над ним и пристально смотрел хозяину в глаза. При виде Кузи он отскочил в угол.

Кузя вытащил носок:

— Без глупостей. Где жетон?

— В кармане… рубашки.

— Поддельный, не иначе, — пробормотал Кузя и сунул пальцы в карман. А носок — обратно в рот сторожу.

— Пойдем со мной, — позвал он рысь, — как и обещал, я отдам тебя на службу доброму колдуну.

Когда Кузя вышел, смешной оранжевый кораблик уже причаливал.

Див забрал у Анастасии вещи и одним прыжком оказался возле катерка. Подтянул его к причалу и крепко привязал к кнехту. И сунулся внутрь.

— Гермес Аркадьевич, а я вам пальто принес! — радостно воскликнул он.

— Спасибо. — Его колдун надел пальто и шапку и протянул руку, чтобы Кузя помог выбраться наружу. За хозяином последовали Виктор Геннадьевич и колдун Фетисов. Князь Рождественский остался внутри. Выглядел он донельзя странно. Завернувшись в одеяло, он сидел на полу, уставившись в одну точку. Из его глаз непрерывным потоком текли слезы.

Виктор Геннадьевич посмотрел на Кузю с улыбкой:

— Какая ты, Кузя, у нас… новогодняя елочка. — Потом перевел взгляд на Анастасию: — И вам доброй ночи, баронесса.

— Прошу, не нужно называть меня баронессой, господин участковый пристав.

— И как же мне вас называть? Просто Анастасия?

— Да, это меня вполне устроит.

К ним подошел хозяин.

— Анастасия, ты меня поразила. Что это за существо, твоя боевая форма?

— Вы правда хотите знать? — Она повернулась.

— Конечно.

— Збуратор. Если это вам о чем-то говорит.

— Еще бы. — На лице хозяина появилось удивление, смешанное с восхищением. — Ты серьезно? Ты и есть тот самый знаменитый румынский дракон и он же — очаровательная дева-соблазнительница, приходящая к людям и сводящая их с ума?

— В основном это легенды. Но мне многое приходилось делать для своих хозяев.

— А не твой ли облик отец Влада Цепеша чеканил на своих монетах, за что и получил прозвище «Дракула»?

Анастасия пожала плечами: