– Он за все заплатит. Они все заплатят сполна.

Костюм на Кузе сидел, как будто был сшит специально для него. Было загадкой, где Анонимус за такое короткое время сумел его раздобыть. Аверин не исключал даже, что фамильяр предусмотрительно заказал его заранее специально для Кузи и привез с собой.

В руках Кузя сжимал огромную коробку из-под торта и старательно складывал в нее остатки пиршества. Что, по мнению Аверина, не очень вязалось с элегантным образом дива.

– Кузя, зачем ты это делаешь? И где ты взял коробку? – поинтересовался колдун. – Ты не наелся? Еды на столах еще достаточно.

– На кухне. Я увидел подходящую коробку, попросил, и мне дали.

Аверин не сомневался, что Кузя сегодня получит все, что ни попросит. Див был героем дня наравне с самим Авериным. Но, в отличие от Кузи, колдун быть в центре внимания не любил. Однако этим вечером ему пришлось буквально отбиваться от желающих с ним выпить.

Он с удовольствием покинул бы затянувшееся пиршество, но уходить было нельзя. Неизвестно, что предпримет неведомый враг.

– Это для Владимира, – пояснил Кузя, засовывая в коробку остатки ветчины, – он бы хотел попробовать все эти вкусности. Но в общежитии его наверняка накормят ведром каши с мясом.

– Думаю, для него уже забили достаточно кур и свиней. И если он уже проснулся, его отлично покормят.

– Это хорошо, – удовлетворенно заметил Кузя, – но все равно… Вот гусятина, вы ее пробовали? Обалденно! Куда вкуснее, чем какая-то дохлая свинья!

– Да, ты прав, – согласился Аверин, – только делаются такие вещи не так.

Он поискал взглядом распорядителя пиршества и подошел к нему.

– Соберите угощение для господина Императорского дива. Возьмите все лучшее, запакуйте и отправьте в общежитие московского Управления, – распорядился он, подумал и добавил: – И узнайте, куда увезли господина Главного придворного колдуна. Пусть в больницу тоже доставят угощение.

– Немедленно займусь этим, ваше сиятельство, – поклонился распорядитель и исчез со скоростью дива среднего уровня.

– Ого. Вот это здорово! – воскликнул Кузя. – А с этим тогда что делать, – он протянул коробку.

– Съешь. А коробку выбрось и не позорься.

– Ваше сиятельство, – к ним подошел придворный из свиты императрицы, – ее величество желает видеть вас. И вашего дива, – он поклонился.

– Благодарю, – склонил голову в ответ Аверин.

И многозначительно посмотрел на Кузю, но тот сделал вид, что не понял, и только крепче прижал к себе коробку. Аверин вздохнул.

Княжна, а теперь полноправная императрица Софья сидела на небольшом возвышении в инкрустированном малахитом кресле. Аверин опустился на одно колено и поцеловал протянутую руку.