Я искренне пожалела, что предавалась жалости к себе, вместо того чтобы гуглить, кто такой этот Дитрих Адрон, в лапы к которому меня угораздило попасть.
Прикинула, сколько будет стоить здесь ночь.
– У меня нет с собой столько денег, – на всякий случай предупредила мужчину.
– Разве я похож на того, кто не оплатит невесте свадебный люкс?
От иронии в голосе Дита мне стало дурно. С него станется купить тот самый люкс чисто из вредности. А мне потом где от него прятаться? В джакузи?
Но оказалось, что покупать ничего не нужно. Мы миновали стойку регистрации – девушка-администратор слишком уж обворожительно улыбнулась Дитриху – и прошли прямиком к лифту. Третий этаж. Повсюду мрамор и позолота, начищенные до блеска зеркала, картины с видами города во все стены.
Мужчина приложил золотистую ключ-карту к датчику, и дверь открылась.
Это был, конечно, не люкс, но номер королевских размеров, состоящий из двух комнат. Одна только кровать чего стоила. Клянусь, на ней можно укладывать четырех человек одновременно. Ну или двух орков. Огромные окна выходили на центр города. В ванной комнате – настоящая ванна на львиных ножках.
Красотища!
Впрочем, проблемка имелась.
– Я не буду спать с вами в одной комнате, – заявила я, осмотревшись.
Кровать была всего одна. Да, гигантская, но единственная. В гостиной имелся кофейный столик с двумя полукруглыми диванчиками, но на таких не уляжешься.
А ведь поговаривают, что орки очень темпераментны и агрессивны, особенно в боевой форме. Не хотелось бы мне делить с ним «брачное ложе».
– Увы, ничем не могу помочь. – Дит ослабил галстук, расстегнул пуговицы на рубашке. – Если я сниму тебе отдельный номер, это будет чревато последствиями.
– Какими же?
– Неприятными, – уклончиво ответил орк. – Для всех нас. Тая, давай договоримся. Ты будешь себя хорошо вести, а я постараюсь, – он сделал акцент на этом слове, – к тебе не приставать. Я не собираюсь покушаться на твою честь, но либо мы сотрудничаем, либо возвращайся к матери. Тебя никто не держит.
Черт. Знает ведь, на что давить. Даже не взбрыкнешь, потому что деваться мне некуда. Искать новый клуб и вновь пытаться по-быстрому сбагрить девственность первому встречному? С моей удачливостью следующей «жертвой» окажется какой-нибудь быдловатый гоблин.
– Хорошо. – Я уселась на кровать, сложила ладони на коленях как примерная девочка. – О чем вы хотели поговорить?
– Я собираюсь сделать тебе предложение, от которого нельзя отказаться. Ты помогаешь мне, а взамен освобождаешься от матери. Навсегда.
Звучало заманчиво. Но во всем этом мне не нравилось, что Дит начал снимать рубашку. Э-э-э. Он обещал не приставать. А очень сложно не приставать, когда ты полуголый…
Впрочем, я оценила размер и количество кубиков пресса, а еще татуировку на предплечье. Вены бугрились на сильных руках.
Этот мужчина понравился мне с первого взгляда, и сейчас я поймала себя на дурацкой мысли: жаль, что мой недавний план не осуществился. Наверное, было бы неплохо, стань он моим первым.
– Что от меня требуется? – Я сглотнула, отмечая, что орк взялся расстегивать ремень.
Он глянул на меня искоса и ответил:
– Ужинать будешь?
Вместо ответа я пискнула нечто невнятное вроде «мне надо в туалет» и позорно сбежала от решившего устроить мне внеплановый приват мужчины.
Вот ведь… ОРК!
Что вообще я о них знала? Да фактически ничего. Моя мать была ведьмой, всю свою жизнь я провела, зная о существовании нечисти, о том, у кого какие приметы, кто чем питается и от кого лучше держаться подальше.
Нечеловеческие расы в большинстве своем старались прятать свои секреты, чтобы не оказаться в слабой позиции, да и меня с детства больше готовили к управлению маминой фирмой и противостоянию людской бюрократии, а не к тому, как случайно не спровоцировать зеленую нечисть броситься на меня в порыве скуки.
Или как не спровоцировать себя саму.
Закрывшись в ванной комнате, включила воду. Сам кран казался произведением искусства, как и раковина. Моя мать ни за что бы не оценила.
Она считала эталоном «деревенский» стиль, предпочитала только натуральные материалы. В детстве я считала, это оттого, что мама такая хорошая и заботится об экологичности, пока не увидела, как из деревянного стола в ее комнате выросли сучья и ветки, которыми она подвесила одного из провинившихся помощников за ноги.
Что было с ним потом, я не знаю: никогда больше бедолагу не видела.
Вытащила из кармана телефон – пять пропущенных, но ни одного от мамы – все от ее секретарши. Впрочем, сама мама звонила мне очень редко.
Смахнув уведомления в сторону, открыла браузер: «Дитрих Адрон. Антиквар».
– Ого…
В первых двух ссылках была информация о бизнесе, но вот в третьей всплыла статья одного известного СМИ.
«После трагической гибели известного бизнесмена Серпа Урмановича Адрона его состояние унаследуют дети…»
«После трагической гибели известного бизнесмена Серпа Урмановича Адрона его состояние унаследуют дети…»
Открыв, пробежалась взглядом. Дитрих оказался одним из трех братьев, о которых шла речь в статье. Но вот что странно. Судя по тому, что там писалось, двое старших получили куда больше, чем он. Горнодобывающее предприятие «Молния» унаследовал Златон Адрон, крупнейшее логистическое предприятие по морским контейнерным перевозкам «Посейдон» досталось Платону. Дитрих на фоне этого, казалось, не получил почти ничего. Ну не считать же какое-то мелкое охранное предприятие действительно равноценной долей по сравнению с двумя такими гигантами, как «Молния» и «Посейдон»?
Вернувшись назад в поисковик, пробежалась еще по нескольким ссылкам.
Он изучал историю искусств в Оксфорде, после этого получил магистерскую степень, окончил несколько программ NABA в области изобразительного искусства…
Никогда бы не думала, что буду чувствовать себя неучем и полнейшей невеждой рядом с орком.
Я подозрительно покосилась на дверь ванной, пытаясь соотнести все эти регалии с образом огромного зеленого великана.
Сейчас, если верить открытым источникам, Дитрих владел реставрационной мастерской, которую основал самостоятельно, и тем самым охранным предприятием, доставшимся от отца.
В дверь постучали, отчего я дернулась, чуть не уронив телефон в раковину.
– Нам принесли ужин. Надеюсь, ты любишь морепродукты? Ни на что не намекаю, но они хороши, только если есть сразу.
Судя по насмешливому, слегка раздраженному тону, это можно было расшифровать как «закругляйся и выходи».
Если честно, я опасалась застать в комнате полностью обнаженного орка. В голове отчетливо нарисовался образ лежащего мужчины, чьи стратегически важные места прикрыты только подушкой. Мол, присоединяйся.
Но нет. К счастью, штаны на Дите имелись. Он сменил джинсы на домашние брюки, а вот о футболке не позаботился, поэтому теперь я могла рассмотреть и пресс, и переплетения вен, и родинки на бледной (спасибо, что не зеленой) коже.
Щеки стремительно покраснели.
С парнями я раньше особо не сталкивалась. Особенно с такими… м-м… фактурными.
Дитрих с аппетитом поедал паэлью за кофейным столиком в гостиной и жестом пригласил присоединиться. Казалось, мой недавний побег его совсем не волновал.
– Устрицы здесь прекрасные, а вот осьминог получился жестковат, – прокомментировал он.
– Может быть, все же обсудим, что от меня требуется?
Я уныло глянула на обилие тарелок. Живот призывно заурчал (так волновалась, что толком не ела с самого завтрака), но меня мутило от непонимания, а потому кусок в горло не полез бы.
– Хорошо. Я предлагаю заключить взаимовыгодный контракт. Как ты относишься к женитьбе?
– Плохо!
– А если женитьба фальшивая? Ты получаешь мою фамилию, мою охрану, статус моей супруги, в котором тебя никто не посмеет тронуть. Опять же, от матери будешь независима. Ах да, на время брака я предоставлю тебе карту с деньгами на личные расходы, поэтому о финансах тоже можешь не беспокоиться.
– А взамен? – уточнила с интересом.
По всему получалось, что меня либо возьмут в рабство, либо разберут на органы.
– А взамен ты должна изобразить такую любовь, чтобы мои братья от зависти позеленели. И не только братья. – Он хмыкнул и прищурился, как мне показалось, недобро.
Так, словно вспомнил о чем-то, что ему совершенно не понравилось.
– И все? – От удивления я придвинулась к орку поближе, словно пыталась по лицу понять, в чем подвох. Но, судя по тому, как мужчина облизывался, ужин его интересовал куда больше, чем наша сделка. – Вы ведь понимаете, что, если я соглашусь, у вас будут большие проблемы с моей матерью?
– Наверное, – фыркнул он.
– Вы не знаете мою мать, она…
Я закатила глаза, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы рассказать, с кем он в конце концов собрался связаться. Что за маской деловой бизнесвумен скрывается мстительная и жестокая ведьма, не брезгующая в своем арсенале никакими методами. Но Дит меня перебил.
– Поверь, если ты согласишься, то это у твоей матери будут проблемы со мной, – мрачно изрек он.
– В этом городе заправляет она! – в сердцах воскликнула я, не понимая его непробиваемой самоуверенности. Даже если он крут, как вареные яйца, нельзя же так легкомысленно относиться к своей безопасности.
– То-то она сейчас сидит в машине около отеля, потому что ее не пустили внутрь, – подмигнул мне он.
– Мама? – Сердце пропустило удар. Представила, как сейчас на порог комнаты заявляется Эльвира Орлова и силком, перемежая оскорбления магическим воздействием, утаскивает меня домой.