Я уперла руки в бока.

– Лесные нимфы? А что поджидает меня за следующим деревом? Тролль?

– Пф-ф! – фыркнул он. – Тролли бывают только в сказках.

Я выгнула бровь.

– Конечно, а волк, который мысленно общается со мной, встречается на каждом шагу.

– Добро пожаловать в мой мир. – Вот и все, что сказал Калхас.

– И что это должно значить? Я ни на шаг не сдвинусь, если ты не скажешь мне, где я.

– Наши миры изменчивы, мы делим одно и то же пространство и время, но тем не менее очень редко пересекаемся. – Я совершенно ничего не поняла, и Калхас прочитал это по моему лицу. – Кажется, вы зовете это параллельными мирами.

– Но в параллельных мирах, исходя из названия, все параллельно. Сейчас меня тоже две?

– Я имею в виду, что мы параллельно с вами населяем мир. Естественно, второй тебя не существует. В этом мире живут только боги.

– То есть вы живете не на Олимпе? – невольно спросила я вслух.

– Мы живем не на, а в Олимпе, – неожиданно произнес Кейден у меня за спиной. – Это столица Митикаса и название дворца Зевса.

Я испуганно развернулась, заметив, как он бросил злобный взгляд на Калхаса.

– Как вы сюда попали?

– Она сама это сделала, – прорычал волк.

Кейден посмотрел на меня так, будто увидел впервые.

– Воздух другой. Словно более тонкий, – робко сказала я, не понимая, в чем его проблема.

– Более мягкий, рыхлый, тягучий. – Кейден потер два пальца друг о друга, как будто щупал воздух, который ему явно не нравился. – Добро пожаловать в Митикас, мир богов. Он отделен от вашего завесой, сквозь которую вы, люди, вообще-то не должны проходить. Даже диафани… – Он осекся и внимательно взглянул на меня. – Я должен был догадаться, что к тебе это не относится.

– О чем ты говоришь и почему бросил меня одну?

Кейден промолчал.

– Нам нужно поторапливаться. Оры не особо терпеливы; они хотят начать день, но тогда мы его уже не найдем.

– Но как… – У меня осталась парочка вопросов.

– Позже, – отмахнулся Кейден. – У нас будет время на это после того, как отыщем Робин.

Во мне проснулась совесть. Я закидывала их вопросами, в то время как моя подруга, скорее всего, находилась в плену у Агрия.

Мы снова последовали за огоньками. Я игнорировала раздающийся вокруг смех, как и советовал Калхас, и через какое-то время нимфы от нас в самом деле отстали. Запыхавшись, мы взобрались на холм. Открывшаяся перед нами поляна сверкала, будто кто-то рассыпал гигантский мешок алмазной крошки. Узкая тропка, пересекающая это великолепие, заканчивалась перед входом в пещеру, столь темную, что она с легкостью могла бы сойти за врата ада. Или вход в Тартар. Впрочем, это, видимо, было одно и то же. Искры света вели прямо туда.

Я подвинулась ближе к Кейдену.

– Думаешь, он удерживает ее внутри?

– Возможно. Калхас, отведи Джесс обратно и извести Зевса.

Прежде чем я успела запротестовать, из пещеры выступила фигура. Бледное сияние убывающей луны осветило белоснежное тело. Это, несомненно, был Агрий. Я словно приросла к земле, пока он приближался к нам.

– Прометей, – раздался его высокий голос. – Значит, слухи не врут. А мне не верилось. – Его взгляд остановился на мне. – Новая маленькая диафани. Какая удача. Моя проверка принесла плоды. Это она вас привела? Я почти перестал надеяться. В наши дни точно будет о чем рассказать.

Кейден, стоящий возле меня, зарычал, но на Агрия это не произвело ни малейшего впечатления.

– Я ожидал вас раньше. Похоже, твои способности еще недостаточно развились, – обратился он ко мне.

Калхас встал у моих ног.

– Этот ублюдок нас перехитрил.

– Не впутывай ее. – Кейден задвинул меня к себе за спину. – Это касается только нас. Если бы ты выслал мне приглашение, я бы пришел вовремя. К чему этот спектакль? – цинично отозвался Кейден. – Твои уютные апартаменты непросто найти. Почему ты не напросился жить к отцу? В его доме всем хватает места.

Гипнотический взгляд Агрия оторвался от меня.

– С отцами все сложно, ты и сам прекрасно это знаешь. К тому же драматические появления – моя слабость. Наверно, слишком долго пробыл в одиночестве. – Альбинос рассматривал свои белые ногти.

– С ними часто возникают недоразумения, – согласился Кейден, не обращая внимания на последний комментарий Агрия. – Но в большинстве случаев ничего такого, что не решалось бы разговором.

Агрий подошел ближе.

– Разве что собственный отец желает тебе смерти.

Теперь они стояли практически нос к носу.

– Что нам делать? – Я умоляюще взглянула на Калхаса.

– Прямо сейчас можешь попробовать стать невидимой, – предложил этот шутник.

– Ха-ха.

– Здравствуй, Джесс, – лично поприветствовал меня Агрий.

Он запомнил мое имя. Меня замутило.

– Жаль, что в нашу первую встречу я не подозревал о твоем необыкновенном даре. – Он сделал паузу. – Я был бы более учтив.

Меня зазнобило.

Плечи Кейдена напряглись.

– Ты ошибаешься. Может, Джесс и предрасположена к нашему миру, но она не диафани. Я встретил ее в лесу. Тебе бы она скоро наскучила и не принесла никакой пользы. Она всего лишь человек. Ты ведь знаешь, какие они. Непомерно приставучие и безмозглые. Джесс, увы, не исключение. Есть у нее привычка сначала делать, а потом думать, и она постоянно бегает за мной как собачонка. – Его тон не мог быть более унизительным.

Я возмущенно надулась и ударила его по спине. Какая наглость. Собачонка? Без меня он никогда бы не отыскал Агрия.

Калхас пихнул меня, когда я уже приготовилась высказаться.

– Придержи язык. – Да что эта парочка о себе возомнила? – Он просто хочет тебя защитить.

Замечательно. Кажется, это универсальное оправдание для всего на свете.

– А люди вообще думать умеют? – провокационно медленно спросил Агрий, смерив Кейдена взглядом. Его красные глаза казались куда страшнее, чем мне запомнилось.

– Иногда, – выставил оценку человечеству Кейден. – Но я здесь не ради того, чтобы обсуждать недостатки своих творений. Мне и без того известно о них слишком хорошо.

Агрий громко расхохотался.

– С каких пор ты стал таким самокритичным, друг мой? Разве не ты во все времена был самым надменным богом? Считал, что с тобой никто не сравнится. Что изменилось?

– Время научило меня смирению, – заявил Кейден так снисходительно, что более внимательный, чем Агрий, собеседник согнулся бы пополам от смеха. Смирение было последним качеством, которым обладал Кейден.

– Хорошо. Ладно. Перейдем к причине нашей встречи, – сказал Агрий. – Ходят слухи, что ты расспрашивал обо мне. Надеюсь, твой отец простил мне побег.

– Он очень в тебе разочарован.

– О, переживет. В конце концов, у него много сыновей.

– Иапет всегда обращался с тобой как с одним из нас.

– А сейчас разочаровался в обоих. – Агрий начал расхаживать перед нами из стороны в сторону. – Разве не это связывает нас сильнее, дорогой брат? – Внезапно он остановился.

Кейден выдержал пронизывающий насквозь взгляд.

– Нет, – коротко отозвался он. – Ты избрал свой путь, а я – свой.

– Но я хочу, чтобы ты перешел на мою сторону, – упрямо настаивал Агрий, словно маленький мальчик. – Уверен, ты сможешь указать мне верный путь. Если примкнешь ко мне, то другие титаны последуют за тобой, поклявшись мне в верности. Я смогу привести наш вид к новым вершинам. Исполню пророчество и свергну Зевса. – Он пристально смотрел на Кейдена, словно пытался загипнотизировать. – Присоединяйся ко мне, – уговаривал альбинос, – и я исполню твое желание.

– Нет такого желания, которое ты мог бы исполнить.

Агрий снова начал шагать туда-сюда.

– О нет, думаю, есть.

– Верным путем было бы простить Зевса и не похищать невиновных людей, – рявкнул на него Кейден, проигнорировав его предложение.

– Невиновных нет, – прошипел Агрий, опустив на мгновение маску доброжелательного соседа, за которой скрывалась гримаса жаждущего мести создания.

– Где Робин? – спросил явно не впечатленный Кейден.

– А может, она уже мертва? – Агрий ни на секунду не сводил с нас взгляда.

Я вцепилась рукой в спину Кейдена.

– Нет. Даже отсюда я чувствую запах. Ты спрятал ее в пещере, – твердо произнес он.

– Ты ее чувствуешь? Очень рад за тебя, – поздравил его Агрий. – Мои органы восприятия немного атрофировались, сам понимаешь, пещера… – небрежно бросил он.

Он в самом деле не различал ни вкуса, ни запахов, ни ощущений? Хотя, что касалось чувств, я не сомневалась. Жуткая мысль.