– Это мы еще посмотрим.

Дверь с силой распахнулась, и его обдало ледяным воздухом, от которого по спине побежали мурашки. Казалось, снаружи стало еще холоднее.

В зал ворвались Стейн, Райя и Тален. Последним влетел Хэвард.

– Вы не посмеете… – прошипел Радвальд.

Хэвард взмахнул рукой, и старейшина упал без сознания.

– Он спит, – сразу пояснил он. – Радвальд успел поднатаскаться. Мне потребуется время, чтобы сломать его защиту и заменить воспоминания о сегодняшнем вечере.

– Но ты сможешь? – спросил Алвис.

Конечно, он не желал идти на крайности, но если потребуется… Он был готов на все ради сестры и ее ребенка.

Его вопрос повис в тишине зала.

– Смогу, – наконец ответил Хэвард, явно о чем-то размышляя.

Алвис догадался, о чем темнорожденный старейшина умалчивает и чего не скажет вслух: если у него не получится, то в сознание Радвальд уже никогда не придет. Члены Темного круга Кьелла не боялись замарать руки – особенно ради того, чем по-настоящему дорожили.

Потом Алвис быстро пересказал недавний разговор с Радвальдом.

Стейн прислонился к стене возле двери. Он потирал шею, размазывая кровь, что сочилась из ушей и запекалась в длинных черных волосах, и смотрел на старейшину. В его глазах угадывалось лишь желание убивать, и Райя, стоящая рядом, предостерегающе сжала его ладонь.

Лицо Талена оставалось безучастным, но глаза пылали, когда он прошел в центр зала и склонился над Радвальдом. Протянул руку к старейшине, изо рта и носа которого текли струйки крови.

– Старейшине нужна помощь целителей, – с безмятежным спокойствием произнес он.

– Хэвард, что ты слышал? – спросил Стейн, проигнорировав слова советника. – Это был…

– Сильнейший из духов. Тот, кто сотворил Священный камень и подарил магию мальнам. Таос.

Каждый мальн наизусть знал легенды о первом короле Мальнборна. И в этих историях всегда упоминалось имя лишь одного духа – того, кто откликнулся на мольбы Мануса Мальнсена и назвал свое имя. На всем Великом континенте почитали и поклонялись духам, но подробностей о высших существах никто не знал. Только мальнам было ведомо имя сильнейшего из создателей.

– Что он сказал? – продолжил расспрашивать Стейн.

Хэвард хмурился, словно силился оживить в памяти тот момент.