Быстрым привычным движением нащупала правой рукой особую точку на левой руке – между большим и указательным пальцем. Надавила на неё и, как только почувствовала укол тянущей боли, принялась массировать.

Это был мой любимый способ быстрого избавления от стресса, взятый из китайской медицины. Эта точка называлась Хе Гу, и, по поверьям, её массаж мог вылечить от сотни болезней.

За сотню не скажу, но от стресса она избавляла очень хорошо.

Так и произошло в этот раз. Через несколько мгновений интенсивного массирования негативные эмоции схлынули, и я опять обрела способность мыслить чётко и здраво.

Теперь я точно знала, чего хотела. Если до этого меня просто подстёгивали насмешки не верящих в меня людей, то теперь проявить себя и показать своё искусство стало вопросом профессионализма.

Подняла глаза на горделиво выпятившего грудь Франтишека и громко сказала:

– Я готова показать всё, что умею, прямо сейчас.

– Ой, да что ты там можешь… – скривился он, но я продолжила, не обращая внимания на его позёрство:

– Пожалуйста, проведите меня к принцессе. Для того, чтобы продемонстрировать свои знания, мне нужно будет взглянуть на больную и поставить её диагноз.

– Я протестую! – взвился Франтишек, но Тайрон взглянул на него так, что он немедленно заткнулся.

– Идём со мной, – коротко бросил он мне и повернулся к Франтишеку. Тот молчал, с явным ужасом глядя на него.

– И ты тоже пойдешь со мной, – властно распорядился он и припечатал:

– Мы выясним, кто на самом деле достоин стать королевским лекарем, прямо сейчас!

Глава 4

Глава 4

Тайрон так веско сказал: “Ты пойдёшь со мной”, что мне сразу подумалось, что принцесса находится где-то далеко.

Как минимум, в противоположном конце… стоп, а мы вообще где?

Судя по богатому убранству тех двух комнат, что я видела – как минимум, в особняке. Но здесь есть фрейлины и принцесса, значит, возможно, это королевский дворец.

Ну и чудеса. Куда же, а самое главное, как меня угораздило загреметь?

Однако, вопреки моим ожиданиям, идти оказалось совсем недалеко.

Тайрон провёл нас с Франтишеком по широкому длинному коридору, устланному мягким тёмно-зелёным ковром и уставленным вазами с цветами. Следом за нами молча семенили фрейлины.

От меня не укрылось, что некоторые из них, особенно самые молоденькие, бросали смущённые и, вместе с тем, жадные взгляды на Тайрона.

“Я бы на вашем месте так не обольщалась, девочки, – мимоходом подумала я, – это хам ещё тот. Хоть и красивый, не спорю, но наплачетесь потом с ним знатно.”

От фрейлин меня отвлекал Франтишек. Всю дорогу он непрерывно ныл.

– За что мне такое! Чем я заслужил такую немилость? Вот доложу его величеству, пусть приструнит Аллатристе! Я никому не позволю так с собой обращаться!

– Помолчите, пожалуйста, – не выдержала я, когда его нытье пошло на второй круг, – очень вас прошу!

Кляйн метнул на меня уничтожающий взгляд и вдруг осклабился. Я невольно содрогнулась от омерзения: он выглядел ещё противнее, чем когда просто рассуждал о роли женщины в местном обществе.

– Тебе слова никто не давал, – небрежно бросил он, – когда я докажу свой профессионализм, тебя вышвырнут из дворца! Но если ты постараешься для меня, я, так и быть, замолвлю за тебя словечко, чтобы тебя перевели в поломойки. Ни на что другое-то ты не способна.

– В каком это смысле “постараешься”? – ошарашенно спросила я.

Кляйн сально улыбнулся.

– А ты подумай, – вкрадчиво сказал он, – у баб есть много способов сделать приятное мужчинам.

И, недвусмысленно уставившись на мою грудь – вернее, на грудь Гвендолин – похабно облизнулся.

Меня замутило от омерзения. Да он ещё гаже, чем я думала в самом начале!

Внезапно Франтишек завизжал и… приподнялся над полом, дрыгая ногами. Мощная рука Тайрона схватила его за шкирку и небрежно, будто бы играючи, приподняла.

– Рот свой поганый будешь разевать у себя дома, – прорычал Аллатристе, хорошенько встряхнув Франтишека, – а это королевский дворец, где принято вести себя по-другому. Ты всё понял?

Кляйн медленно вращался в воздухе, извиваясь, как змея.

– Д-да, – с явным трудом выдавил он, – простите… не подумал…

– Перед ней извинись, – мрачно процедил Тайрон и, ещё раз встряхнув Франтишека, небрежно кивнул в мою сторону.

Я замерла, не веря своим глазам.

Что происходит? Небо на землю падает? Этот неотёсанный мужлан заступился за меня?

Кляйн бросил на меня взгляд, полный ненависти, но послушно прохрипел:

– П-прости… был неп-прав.

– Ну? – рыкнул Тайрон мне, – Прощаешь его?

– Д-да, – машинально кивнула я, совсем сбитая с толку: слишком уж фантасмагорически это выглядело.

Аллатристе немедленно опустил Франтишека и демонстративно вытёр руки друг о друга. Кляйн отпрыгнул от него. По его лицу было видно, что ему очень хочется что-то сказать, но он ужасно боится.

До меня долетели восторженные шепотки фрейлин:

– Вот это да…

– Какой он… рыцарь!

– Заступился за даму! Ах!

Правда, среди них слышались и откровенно завистливые и ревнивые шипения, среди который особенно отчётливо промелькнуло одно:

– Да кто вообще такая эта овца? Ничего из себя не представляет! Много чести для неё!

Я не стала оборачиваться, но на заметку взяла. Просто ускорила шаг, нагнала Аллатристе и коротко сказала:

– Спасибо большое, что заступились.

Он ничего не ответил, только метнул на меня быстрый взгляд и небрежно пожал плечами. Но мне хотелось прояснить кое-что. Любопытство – вещь очень коварная.

– Почему вы так поступили? – не унималась я, – Решили вступиться за беззащитную девушку?

Ещё один взгляд. На этот раз – куда выразительнее. Так смотрят на слишком приставучую разыгравшуюся кошку.

Или же хотят сказать “да кому ты нужна”. Второе – куда обиднее.

– Не обольщайтесь, – процедил Тайрон, – я капитан королевской стражи и несу ответственность за порядок во дворце. Таких, как этот Кляйн, нужно вовремя ставить на место, иначе они могут принести тьму проблем.

– Спасибо за честность, – сухо сказала я, замедлила шаг и отстала.

Оставшийся путь мы проделали без приключений. Правда, спину мне ощутимо покалывали злобные взгляды фрейлин, но больше ничего я от них не слышала.

Коридор вывел нас к высоким позолоченным дверям, на которых поблескивал небольшой единорог, выложенный камнями, похожими на драгоценные. По обе стороны двери навытяжку стояли два парня, одеты в неприметную тёмную одежду и держащие короткие мечи.

При виде Тайрона они аж подскочили на месте и прижали кулаки к груди.

– Господин капитан! – в унисон гаркнули они.

Он только небрежно кивнул им, и они заметно расслабились.

Аллатристе распахнул дверь, и я увидела уютную спальню в бежево-розовых тонах. На середине комнаты стояла огромная кровать под кисейным балдахином, а в ней лежала маленькая девочка.

При виде неё у меня тут же болезненно сжалось сердце от жалости.

Глава 5

Глава 5

Девочка была очень бледненькой, а её кожа даже при визуальном осмотре напоминала сухую бумагу. На маленькой лице выделялись огромные серые глаза, кажущиеся ещё больше из-за глубоких тёмных кругов под ними.

Скулы у девочки выдавались вперёд, а губы были обветренными и потрескавшимися. Вдобавок, мне очень не понравились тёмно-розовые пятна, виднеющиеся около ушей и в уголках губ.

Когда мы вошли, девочка с явным трудом приподнялась, обнимая своего плюшевого мишку, и прошелестела слабым голосом:

– Братик? Это ты?

Тайрон без лишних слов кинулся к ней и опустился около кровати на одно колено. Поддержал за спину и бережно, но настойчиво, помог лечь обратно.

– Не вставай, Звездочка, – мягко проговорил он. Это ласковое слово в его исполнении прозвучало так неожиданно, что я поразилась тому, что этот суровый капитан, оказывается, способен и на такие нежности, – отдыхай. Я привёл тебе новую травницу, которая может помочь.

И, обернувшись, кивком указал на меня. Девочка нашла меня глазами и попыталась улыбнуться. Я почувствовала, как глаза защипало от жалости, но заставила себя ласково улыбнуться в ответ и помахала ей.

– Очень приятно, – мягко сказала я, – меня зовут Марга… в смысле, Гвендолин. А тебя?

Девочка попыталась что-то ответить, но Тайрон покачал головой, что-то шепнул ей и поднялся. Повернулся ко мне.

– Её зовут Фрея, – сухо сказал он, вновь став самим собой, – не надо мучить её расспросами. Всё, что нужно, я скажу сам.

Точно, Фрея. Это имя я уже слышала, кажется, как раз от противного Франтишека.

Он сам тут же напомнил о себе. Пихнув – явно нарочно – меня плечом, он подошёл к кровати принцессы и, склонившись над ней, положил ей руку на лоб.

– Она уже пила отвар сегодня? – шёпотом, который каким-то непостижимым образом тоже прозвучал визгливо, спросил он у Тайрона. Тот кивнул, а со стороны фрейлин донёслись подтверждающие шепотки.

– Чудно, – удовлетворённо протянул Кляйн, – я составил для неё новый сбор, и сегодня…

– Секундочку, – встряла я. Происходящее мне очень не понравилось, и я поняла, что пора вмешаться.

Я решительно подошла к Франтишеку и встала рядом.

– Что с принцессой? – тихо спросила я, – Какие симптомы?

Кляйн злобно зыркнул на меня и открыл рот, чтобы что-то сказать – наверняка не связанное с ответом на мой вопрос, но Тайрон коротко приказал ему:

– Отошёл в сторону. Живо.

– Но, господин Аллатристе… – попытался воспротивиться Франтишек. Тайрон молча скрестил мощные руки на груди; при виде них Кляйн тут же сдулся и послушно отполз прочь.