Глава 3 Суженый-ряженый

Глава 3 Суженый-ряженый

Зоряница без конца вертелась у зеркала, примеряя на себя уборы сестры. Огнеслава весело смеялась, слушая её рассказы о поездке к родичам в Залесье. Приближался вечер и вот-вот должны были привезти гадалку, за которой послали, а пока сестры развлекали себя беседами, да примеркой нарядов.

— Так вот, и тут они мне говорят, дескать, охота не женское дело и чтобы я шла за вышивание да ткать! — примеряя украшенный речным жемчугом венец, рассказывала Зоряница. — Да мои собаки зайца на ста шагах берут! И в седле я не хуже братьев держусь!

— И как ты ответила? — любопытствовала Огнеслава.

— Взяла лук, да шапку его слуги к забору пришпилила! — гордо заявила она.

— Неужели? — ахнула княжна.

— А что мне стоит, меня отец вместе с братьями из лука стрелять учил, — самодовольно проговорила сестрица.

— Я тобой восхищаюсь! И батюшка у тебя, само великодушие, все тебе позволяет, не то что мои родители, — вздохнула Огнеслава. — Мне только и говорят, что то нельзя и это нельзя, и вообще ничего нельзя…

— Ты будущая княгиня, с тебя и спрос другой, — отмахнулась Зоряница — Зато будешь править государством. Добрыня — дурак, так что тебе править придется, коли за него пойдешь. А мне терять теперь нечего, к зиме обвенчают меня со старым боярином Златогостом. Одна надежда, если помрет скоро, то буду богатой молодой вдовой, детей у него нет, да и родственники только дальние.

— Ну что ты такое говоришь? Нельзя так! — шикнула Огнеслава.

Стук в дверь прервал разговор.

— Войди, — приказала Зоряница.

— Княгиня приехала, мрачнее тучи. Скоро будет здесь, — быстро прошептала в приоткрытую дверь молоденькая челядинка.

— Матушка твоя приехала. Что-то случилось не иначе! — сказала Зоряница, быстро снимая сестрин венец.

Сердце почуяло неладное. Мать сама велела никак не проявлять себя и уж точно не должна была приезжать так, что все увидели бы. Похоже, планы родителей изменились, либо случилось нечто нежданное. Когда княгиня появилась на пороге светлицы, Огнеслава подумала, что произошло что-то совсем страшное. На матери лица нет, а глаза заплаканы.

— Что случилось? — только и смогла вымолвить княжна.

— Зоряница, выйди, — сурово приказала княгиня и племянница повиновалась.

Некоторое время мать ходила по светлице, словно подбирая слова, но вскоре взяла себя в руки и начала разговор.

— Прости нас, милая. Не уберегли мы тебя, — сказала княгиня — Только хуже сделали. Помни, мы с отцом всегда лишь добра для тебя желали. Но должно думать и о народе, и о твоих младших брате с сестрой. Мы не можем подвергнуть опасности людей и земли княжества, даже если всей душой желаем спасти тебя.

— Мамочка, да скажи ты, наконец, что случилось? — всё больше ощущая трепет в душе, выдохнула Огнеслава.

— Свадьба с Аскольдом, молодым князем Зеяжска, будет, — дрожавшим голосом сказала княгиня — Есть и еще одна странность, нужен им ларец твоей прапрабабки, княгини Огневицы. Зачем не знаю, но это пугает меня больше всего. Ларец проклят и никому счастья не принесет.

— Это тот ларец, что по слухам хранится в подземелье, в железной комнате? Я думала это легенда.

— Нет, это не легенда, а бремя, передающееся от поколения к поколению. Скажу тебе только то, что мне рассказала твоя бабушка, когда я вошла в этот род. Княгиня Огневица завещала этот ларец своим потомкам по женской линии и велела никогда не допускать к нему мужчин. Почему, не спрашивай, я не знаю. Помнишь рассказы о войне со змеем? Так вот, по преданию, именно Огневица похитила великую силу царя змей. Она спрятала её в ларец и наложила проклятье. Никто, кроме её кровных дочерей не сможет открыть или распоряжаться им. Считается, когда откроют ларец, нарушится мировой порядок. Змеи, которые ушли после той войны, вновь вернуться в наш мир. Когда-то таких змеев, как Горан было множество, целое полчище. Представь, какая беда может случиться, если содержимое ларца попадет не в те руки. Аскольд требует, чтобы ты привезла его, как приданое. Мы не можем перечить, нет у нас такой силы, чтобы пойти против воли Зеяжска. Когда окажешься в доме мужа, надежно спрячь ларец, так, чтобы ни одна душа его не нашла. Хотя, что я говорю… В самое логово змея дитя отправляю… Пообещай мне, что будешь хранить его и сделаешь всё для защиты мира от чудовищ. Это твой долг.

— Но почему я? — с трудом вымолвила Огнеслава.

— Ты первая девочка, родившаяся в роду, со времен Огневицы. Она была искусной ворожеей, настоящей защитницей нашей земли. Думаю, имя, которое выбрано для тебя волхвами не случайно оказалось похожим. Ты следующая хозяйка ларца. Я, твоя бабушка и другие женщины семьи не были потомками княгини, мы лишь жены её сыновей. Поэтому только передавали из уст в уста завещание. К слову, я ларец даже не видела никогда, он заперт в подземелье давным-давно, — ответила мать.

— А Весемира? Она ведь тоже потомок Огневицы, как и я?

— Да. Но ты старшая сестра, поэтому именно тебе придется нести это бремя.

— А если, когда я приеду, они отберут у меня ларец и откроют его?

— Не отберут. Любой, кроме хранительницы, кто хоть дотронется до ларца с дурными мыслями, умрет в муках. А открыть ларец может только та, в чьих жилах течет кровь потомка, остальным смерть. Старая княгиня знала толк в магии.

— Что-то мне даже самой боязно, матушка.

— Не бойся. Случайно никто не погибнет, чистый душой никогда не пострадает. Ты же скорее будешь в безопасности с ларцом, чем без него.

— А что сказал княжич Аскольд?

— Когда наш подлог вскрылся, княжич разозлился. Отец предложил им дары, чтобы загладить вину. Он не ожидал, что потребуют ларец Огневицы. Попытка отказать ещё больше разозлила их. Княжич уехал в гневе. Вот так всё обернулось, придется тебе отправляться в Зеяжск одной. Свадьба будет там и нас, как позднее сообщили, на ней видеть не хотят, — смахнув слезу, проговорила княгиня.

Мать поискала что-то в сумочке, что была одета на ее поясе, и обернулась к Огнеславе. Она протянула дочке кольцо.

— На вот, надень. Теперь ты невеста, — тихо прошептала она.

Княгиня заплакала и Огнеслава, обняв мать, тоже залилась слезами. Княжич — видный жених, но из-за обмана родителей он может её возненавидеть. Как она будет жить, одна одинешенька, в чужом государстве, в чужом доме и никого из родных не будет рядом. Это лишь малая часть мрачных мыслей, что гнездились сейчас в красивой головушке Огнеславы. Они с матерью проплакали почти весь вечер, а после княгиня отправилась домой, собирать дочь в дорогу. Огнеслава же уговорила мать, что явится завтра утром, а эту ночь проведет с сестрой здесь. Ей не хотелось сейчас ехать в дом, где все будут её жалеть, хотелось побыть одной и самой пережить это неожиданно свалившееся горе. Горе или радость, попробуй, разбери…

Когда мать ушла, Огнеслава еще долго сидела одна, прежде чем в дверь тихонечко постучали.

— Войди — отозвалась княжна.

В комнату проскользнула Зоряница.

— Ты как? — поинтересовалась сестра.

— Лучше не спрашивать, — ответила Огнеслава и продемонстрировала колечко на своей руке — Видишь, всё решилось само, теперь я невеста Аскольда. Если по чести ответить, мне ужасно страшно. Это постыдно да?

— Нет. Люди всегда боятся того, о чем не ведают, — пожала плечами Зоряница.

— Скажи, а эта гадалка, о которой ты говорила, она здесь?

— Её отвезли домой. Я думала ты уедешь с матерью.

— Далеко она живет? — подняв на Зоряницу горящий взгляд, поинтересовалась Огнеслава.

— Да не так уж и далеко, если верхом, только ночь на дворе…

— Поедем! — взяв сестру за руку, пылко произнесла княжна. — Поедем к ней сами, прошу.

— Огнеслава, как ты это себе представляешь? — удивилась Зоряница.

— Давай что-то придумаем. Давай тайком, — умоляла Огнеслава. — Хоть малость о грядущем узнать, хоть что-то да расскажет…

— Ладно. Жди здесь. Я постараюсь устроить, — сказала Зоряница и вышла за дверь.

Она вернулась спустя почти час, но с довольным лицом. Подав Огнеславе в руки длинный плотный плащ, просияла довольной улыбкой.

— Я все сделала. Едем, — заговорщицки сообщила она.

— Ты самая лучшая! Благодарю! — воодушевилась княжна, облачаясь в неприметные одежды.

В дверном проеме показалось круглое личико всё той же челядинки.

— Никого? — кивнула ей Зоряница.

— Да. Можно идти, — прошептала в ответ девчушка.

Сестры покинули светлицу и темными коридорами, да переходами добрались до конюшни. Молодой парнишка-конюх воровато озираясь вывел им подседланных лошадей. Обе девицы отлично ездили верхом, поэтому тут же оказались в седлах. Вдруг со стороны амбаров раздалось мерное постукивание подков еще двух лошадей, княжна испуганно обернулась.

— Успокойся, это с нами, — пояснила Зоряница. — Люди брата будут нас сопровождать.

— Им можно доверять? — шепотом спросила Огнеслава, поглядывая на хмурых молчаливых мужиков.

— Этим можно, — подмигнула сестрица — Я и письмо выпросила, чтобы нас на заставе не задержали. За братиком должок, вот и расстарался. Только он не знает, что со мной ты, а не прислуга поехала, поэтому помалкивай.

Спустя некоторое время, четыре всадника, выехав из города, уже мчались по пыльной дороге, освещаемые полной луной. Синяя ночь окутывала тишиной округу. Проехали засыпающую деревню, где в приземистых окнах тускло мерцал свет от лучин. Несколько дворовых псов возвестили о всадниках, но никто не вышел на их зов. Деревенские ложились рано, в ночи лишний раз за околицу не ходили. Опасно.