К лицу прилила кровь, но я заставила себя заговорить:

– На самом деле она нравилась мне. Гриффин это знал и понимал, что вы, ребята, будете меня дразнить, если я скажу, что хочу смотреть этот сериал.

У Джейкоба так дернулся глаз, что я начала сомневаться, улучшило ли мое признание ситуацию или наоборот.

Андреас приподнял брови, но его тон остался мягок. Он осторожно подбирал слова – так же, как в тот раз, когда извинялся передо мной.

– Полагаю, Динь, что ты можешь позволить себе иметь парочку девчачьих интересов. Мы из-за этого не забудем, что в спарринге ты одолеешь нас в два счета.

Зиан фыркнул:

– Говори за себя.

Все еще смущаясь, я немного поежилась.

– В этом сериале все так сильно отличалось от нашей жизни на объекте. Они постоянно ходили в классные места и встречались с классными людьми. А когда они злились, то не резали друг друга и не стреляли, а только буравили взглядом и огрызались.

Не говоря уже о том, что, наблюдая за мелодраматическими поворотами в отношениях персонажей, я ощущала себя чуть менее нелепо, ведь была влюблена во всех пятерых своих лучших друзей.

Прежде чем кто-нибудь успел заговорить о втайне обожаемом мною сериале – прежде чем он мог снова вызвать болезненные воспоминания, – я выключила телевизор и повернулась к Доминику:

– В ноутбуке есть еще что-нибудь интересное?

Он поднес одну руку ко рту и, прижав костяшки пальцев к губам, пробежался глазами по списку файлов.

– Здесь много всякого. Кое-что можно назвать интересным… у нее есть заметки о разных типах «монстров».

Мы все оживились.

– Например, про тех, от которых появились мы? – уточнил Зиан.

Доминик покачал головой:

– Ничего, что было бы связано с нами. Только наблюдения и разные данные о способностях и возможных слабостях.

Джейкоб поморщился:

Читать полную версию