Внезапно слышим топот множества ног и уже привычным движением прижимаемся к стене. Мимо нас проносятся мужчины в нагрудниках с обнаженными мечами в руках. Из их разговоров мы понимаем, что мой побег обнаружен. Теперь потею не только потому, что в двух слоях верхней одежды в принципе жарко в помещении, но еще и из-за страха.
Мой вероятный спаситель («вероятный» - потому что опасаюсь делать преждевременные выводы) ускоряется, доводит меня до конца коридора, и мы снова поднимаемся по лестнице. Спустя три пролета он распахивает неприметную дверь, и внутри открывшегося помещения обнаруживается еще одна лестница, правда, узкая и совсем непохожая на прежние. Она приводит нас на чердак, а оттуда на крышу.
Выбравшись наверх, жмурюсь от чрезмерно яркого солнца. Прищуриваюсь одним глазом, чтобы осмотреться, и от удивления открываю оба. Оказывается, я стою на вершине средневекового замка, обнесенного высокой крепостной стеной и рвом с водой, которая не замерзла даже зимой. А дальше в кольце стен расположился город. Очень плотная застройка двух- и трехэтажными домами и кривые узкие улочки явно не могут быть не только в моем городе, но и в моей стране. Да и воздух другой – без каких-либо признаков выхлопных газов, что и неудивительно, поскольку на улицах совершенно отсутствуют машины, да и заводов тоже не наблюдается. Но окончательно расставляют точки над «и» нежно-сиреневый цвет неба и дополнительное маленькое солнце на небосводе.
Почему-то именно в этот момент я наконец-то осознаю, что действительно попала в другой мир. И удивляюсь. Вроде бы я уже что-то такое подозревала. Были у меня такие мысли. Но… Но убедиться в этом окончательно, как оказалось, - совершенно другое дело.
Скатиться в панику мешает голос моего вероятного спасителя:
- Сядь на корточки. Я сейчас превращусь и возьму тебя. Не переживай – не пораню.
Превращусь? Что значит «превращусь»? Незнакомец срывается с места, какое-то время разгоняется, а потом прыгает с крыши. Не успеваю за него испугаться, как из того места, в котором он спрыгнул, вылетает дракон. Сажусь прямо там же, где стояла, потому что ноги внезапно подкашиваются. Невпопад отмечаю, что у меня, наверное, очень здоровая психика, раз я еще не в обмороке - сейчас для этого очень подходящий момент. Вместо пребывания в спасительном забытьи наблюдаю, как огромная светло-зеленая рептилия размером с дом делает круг над крышей, а затем, словно коршун, бросается в мою сторону. Ноги не слушаются, и из-за этого мысль о том, чтобы броситься прочь с паническими криками, отбрасываю как нереальную. И даже вторую часть этого плана реализовать не получится – голос, видимо, следуя примеру ног, так же меня не слушается. Все, на что хватает сил – притянуть ноги к себе и закрыть голову руками, словно это может мне чем-то помочь. Глаза закрываю тоже - страшно.
Дракон хватает меня когтями и, судя по всему, взмывает вверх. Какое-то время жду болезненных ощущений – когти на вид показались мне довольно острыми - но когда убеждаюсь, что их не будет, открываю глаза. Сознание отстраненно отмечает, что дракон меня довольно удачно оплел когтями – лицо не закрыл, и я могу осмотреться, благо, страх высоты у меня совершенно отсутствует.
Летим над облаками, и отсюда видны небольшие участки полей возле деревень, а также города, крепости, замки, сверкающие на солнце полоски рек и лес, которого очень много. С высоты кажется, будто плотность населения тут довольно невысокая. И поскольку никаких машин, фабрик, железных самолетов и прочих радостей цивилизации не наблюдается, вероятно, здесь аналог средневековья.
Какое-то время пытаюсь осознать ситуацию, в которой очутилась – мало того, что я попала непойми куда, так еще меня схватил дракон. Надеюсь, это все-таки тот мужчина, который обещал меня спасти, а не какое-то залетное животное. Будет забавно, если он принесет меня в свое логово и съест, так и не превратившись в человека. Хотя не обязательно он будет есть меня сам – может, он уже наелся (в этом замке ведь хватало народа), а меня тащит или в роли консервы, или чтобы накормить детенышей. Не хотелось бы. Или это только в наших сказках драконы людоеды, а эти травоядные?
С другой стороны, я ведь не знаю, какая именно казнь меня ожидала, останься я в камере. Помнится, у нас в истории встречались всякие затейники, которые практиковали и дыбы, и сажание на кол, и четвертование. И много всего другого было, чего очень не хотелось бы попробовать на собственном опыте.
Как же жаль, что я почти не читала фэнтези, все свое время посвящая учебе – на репетиторов у нас не хватало денег даже в те времена, когда была жива бабушка. Так что единственной возможностью куда-то поступить, было как можно старательнее учиться. И из-за этого совершенно непонятно, как попаданки выживали в другом мире и что следует делать мне. И появится ли у меня вообще хоть какой-то выбор, потому что пока его особенно-то и не было – не считать же побег от гарантированной смерти в неизвестность выбором.
К тому же ни в одном фэнтези не было такого, чтобы девушка, которую дракон не планирует съесть, передвигалась в когтях. Обычно им предлагали забраться на шею, или где там у дракона место для сидения? То, что меня тащат в когтях – тревожный звоночек.
Мои размышления прерываются, когда мы начинаем снижаться над очередным замком. С замиранием сердца мысленно молюсь, лишь бы он меня не бросил. И то ли кто-то услышал мою молитву, то ли так все и задумывалось изначально, но дракон выпускает меня только после того, как доносит до поверхности крыши.
Хочется вскочить, но все, что я могу – начать охать, поскольку тело ужасно затекло и совершенно не желает разгибаться.
Момент, когда дракон снова превращается в мужчину, я, занятая своими заботами, пропускаю. И становится совершеннейшей неожиданностью, когда он хватает меня за плечи и ставит на ноги:
- Затекло, да? Попробуй подвигаться! Я же тебя не поранил?
- Не поранил.
Чувствую облегчение. Судя по хрипотце в голосе, дракон - это все-таки тот самый мужчина. Но облегчение неполное, потому что забота обо мне, совсем не означает, что я для него не еда. Очень хочется уточнить этот вопрос, но стесняюсь. Вместо этого оборачиваюсь в попытке разглядеть лицо моего спасителя.
Мне везет – на этот раз он без капюшона. Длинные каштановые волосы на затылке перетянуты кожаным шнурком, нос с горбинкой, резко очерченные скулы, полные губы и глаза… Глаза цвета молодой листвы в солнечный день. Глаза, которые мне снятся, сколько себя помню.
Глава 3
Глава 3
Глава 3Меня отвлекает шум. Оборачиваюсь и вижу, что к нам несется невысокая пухлая женщина, а за ней четверо мужчин.
- Успел! Все-таки спас! – радостно восклицает она и внимательно меня осматривает: - Цела! Пойдем, моя хорошая!
Спаситель остается отвечать на вопросы подбежавших мужчин, а меня женщина уводит с крыши. Спускаемся по лестнице на четыре пролета и идем по каменному коридору.
Чувствую себя совершенно ошарашенной. Неужели мне снился именно он? Или совпадение? Или что-то значит? Как мне могли сниться глаза того, кто даже не из моего мира? А я? Мои глаза ему тоже снились?
Женщина уводит меня все дальше в нутро крепости, а мне очень хочется вернуться и задать этому дракону волнующие вопросы. Хочется, но понимаю, что никогда на это не отважусь.
Наконец, мы приходим в большую кухню, где витают аппетитные запахи из огромной печи и трех кастрюль, стоящих на плите.
- Снимай верхнюю одежду и садись за стол. Сейчас я тебя чем-нибудь накормлю, – командует женщина и тут же строго спрашивает: – Он же не догадался тебя покормить?
- Нет.
- Ох уж эти мужчины! – она осуждающе поджимает губы и качает головой. – Вроде и здоровенные, а думалкой думать через раз у них получается! Чуть не уморил мне ребенка. Меня Дамарой зовут. А как твое имя?
- Ася.
- Какое красивое! Я такого раньше не слышала!
Пока она наполняет тарелку, снимаю позаимствованную шубу, свой пуховик и остаюсь в сворованной кофте. В дороге умудрилась подмерзнуть, и теперь, даже несмотря на то, что в комнате тепло, хочется дать себе время сперва согреться, а уже потом окончательно уменьшать количество слоев одежды.
Женщина приносит тарелку, в которой лежит большой кусок жареного мяса и горка неизвестных овощей. Из столовых приборов мне достается вилка точно такой же конструкции, к которой я привыкла.
Мясо настолько мягкое, что распадается на волокна, и отсутствие на столе ножа кажется оправданным. Отбрасываю мелькнувшую мысль, что они все еще могут оказаться людоедами, и пробую. Вкус странный. Похожий на говядину, но не совсем, и с непонятными специями. Жалею, что никогда не интересовалась, какой вкус у человечины. Может, именно такой? Эти мысли нисколько не умаляют моего аппетита. Наоборот – приходится прилагать усилия, чтобы не набрасываться на еду. Овощи по вкусу напоминают горох с помидорами и мне нравятся, так что с удовольствием опустошаю тарелку полностью.
Забрав пустую посуду, женщина пододвигает ко мне чашку. Напиток в ней пахнет мятой и на вкус напоминает ее же. Вкусно и сладко.
- Как ты оказалась в том городе? Еще два месяца назад Совет Старейшин велел всем нашим покинуть земли людей. Почему ты не послушалась? Куда смотрели твои родители?