Глаза Лайэля искрили страстью и азартом. Он понятливо кивнул и убрал руки за спину.

Сейчас на нем оставалась только обувь и штаны. Дрожащими руками огладила его плечи, прошлась пальцами по груди, спустилась к животу и застыла, зацепившись пальцами за пояс брюк. Волны обжигающего кипятка и леденящего душу мороза окатывали меня по очереди, я забывала как дышать, пальцы окаменели и отказывались слушаться. Я сто раз обругала себя за самоуверенность, понимая, что даже не смогу заставить себя двигаться, с надеждой ожидая услышать спасительное «помочь?»

И облегченно выдохнула, когда поняла, что он не будет меня мучить. Лайэль молча отстранил мои руки и сам скинул оставшуюся одежду. Я взвизгнула, боясь взглянуть. Зажмурилась, закрыв глаза руками. Он аккуратно отнял мои руки от лица. Обхватил за талию, вжимая в свое горячее тело.

— Ты же видела все, Ди… — прошептал на ушко, а меня вдруг осенило. Ах ты, обманщик! Я словно снова очутилась на подоконнике замка в ночи. Полная луна и звезды. Запах цветущих клициний и клематисов, приглушенный красный свет в спальне… Его спальне! Как же знатно он тогда повеселился!

Это придало мне храбрости и вселило хорошую порцию злости. Отстранившись, храбро взглянула на него. Та же умопомрачительная фигура, правда, на этот раз слегка покоцанная и с одной отличительной особенностью, красноречиво сигналящей о том, что на этот раз он далеко не так спокоен.

Поймав мой хмурый взгляд, он виновато развел руки:

— Будешь убивать?

Наверное, стоило бы, чтобы было неповадно так жестко разыгрывать доверчивых девиц, но сейчас меня вели совсем иные инстинкты. Облизнув губы, я присела на кровать и ухватив его за руку, потянула за собой. В один момент оказалась под ним, прижатая к постели обнаженным телом.

— Нет… Буду использовать, — тихо шепнула, глядя в глаза, и, припомнив что-то, на ухо добавила: — По назначению.

Лайэль улыбнулся, накрывая мои губы поцелуем. Неизведанное… рядом…

Глава 14 Нелегкое решение

Глава 14

Нелегкое решение

— Диали! — голос Греттель срывался от волнения. — Диа… Святая Эффа, кто опять пустил сизоуток в дом? Кыш! О, мои боги, просыпайся! Из дворца передали, что Флориан едет сю… — Греттель осеклась, распахнув дверь спальни сестры, — да… — договорила она завороженно, резко отворачиваясь к стене. — Я вижу, я опоздала со своими новостями, но боже мой, можно же было хотя бы запереть дверь? А если б я зашла с детьми!

— Здравствуй, Греттель, я тоже рад тебя видеть, — Лайэль нехотя накинул на обнаженное тело край простыни и бесстыдно потянулся.

Я, сидя на кровати, смущенно куталась в халат, который едва-едва успела подхватить с пола, прежде чем сестра ворвалась в мою спальню.

— Флориан, чтоб тебя! — не поворачиваясь, повысила голос Греттель. — Прикройся, негодяй! Мало того, без приглашения вламываешься в дом порядочных людей среди ночи, так еще даже не смущаясь встречаешь меня в таком виде в постели моей незамужней, заметь, сестры!

— Прости, Греттель, я, честно, думал, что дверь заперта…

— Но, Греттель! — мои щеки алели как алайский закат. — Я вовсе не ждала его с вечера…

— А ты вообще замолчи, бесстыжая! — все так же не поворачиваясь, пробухтела сестра. — «Не ждала», — передразнила она меня. — Конечно не ждала, ага! Расскажи это Мишелю, и то не поверит! Святые эллины, позору на наш дом! Застукиваю ее с утра в постели с голым мужиком! И ладно бы хоть с принцем…

— Досадно, да? — Лайэль по кошачьи грациозно соскочил с кровати и быстро натянул штаны. — А если б с принцем, ты бы не ругалась? — он, улыбаясь, подошел к Греттель, развернул ее за плечи и, прищурившись, подмигнул: — Ну что, теперь привет?

— Паску-удник! — улыбаясь, протянула Греттель, обнимая его и ероша волосы. — Пробрался как воришка! Никакого уважения к хозяевам дома! Ты опять забыл, что в нашем доме порядочные гости ходят в дверь?

— Ну, значит, я непорядочный, — притворно вздохнув, улыбнулся он. — Видишь ли, потеряв титул принца, теперь не брезгую ходить в окно…

— Еще какой непорядочный! Подумать только, сестру обесчестил, а я его тут обнимаю!

— Не обесчестил, а осчастливил, — поправил Лайэль, в шутку подхватывая Греттель за талию и кружа в ритме вальса. — И сегодня прибудет карета, полная подарков и прочих моих извинений для тебя и твоего отряда, Греттель.

— Отпусти, негодяй! — залилась хохотом та, колошматя его кулачками по спине. — Я тебе не Этьелен с Ларри, чтобы покупаться на твои няшные уловки!

— Греттель, да ты покупаешься просто на мой полный раскаяния взгляд, — он состроил умильную мордаху и чмокнул Греттель в щеку. Та ожидаемо растаяла и отчаянно всплеснула руками.

Лайэль шагнул ко мне, попутно подхватывая с пола свою одежду.

— Живее, Диньдилика, опоздаем!

— Куда? — я с умилением и глупой улыбкой на лице наблюдала их с Греттель обнимашки, все еще находясь в какой-то прострации. В голове не укладывалось, что все закончилось, что он здесь!

Я, кажется, вчера боялась, что с утра умру от стыда и раскаяния за свой порочный поступок? Да ничего подобного! В данный момент мне было плевать на все нормы морали, правила и устои, я ни о чем не жалела и жалеть не собиралась, пусть даже он сейчас развернется и исчезнет из моей жизни навсегда!

— Что значит — куда? — он подхватил меня под грудь и так прижался со спины, что по коже пробежала волна горячего озноба. — На свадьбу.

— Какую свадьбу?

— А что, я разве не сказал? — он удивленно повел взгляд в сторону Греттель, которая уже было занесла ногу над порогом, чтобы выйти из комнаты, но замерла на полушаге. И, пригнувшись, шепнул прямо в ухо: — На нашу с тобой, Динь…

Это было уже слишком. Мозги окончательно сплелись в клубок, который драли десять кошек, поэтому вытянуть из него ниточку логического рассуждения было уже невозможно.

— Ч-что… как? А… — я изумленно хлопала глазами, переводя взгляд с Лайэля на не менее изумленную Греттель и попеременно то бледнея, то краснея.

— Да ты что, Динь? — Лайэль развернул меня за плечи и сделал очень умное, я бы даже сказала, озабоченное, лицо. — Сама посуди: после того, что между нами было этой ночью, ты, как порядочная девушка, просто обязана выйти за меня замуж, разве нет? Я уж молчу про тот раз, в замке, когда ты подловила меня после купальни, уже после такого вероломного поступка моя репутация…

— Ах ты паразит! — я наконец-то пришла в себя и, схватив первую попавшуюся под руку вещицу, замахнулась на горе-шутника. — Лайэль! Ты опять за свое⁈ Ты неисправим, ты знаешь это? Ты просто не-ис-пра-вим! — я от души отхлестала его по спине, кажется, своей же блузкой, но тот только смеялся, подняв руки в примирительном жесте.

— М-да… — почесала в затылке Греттель. — А знаешь, мой тебе совет, сестра, не соглашайся! Да с ним одним мороки больше, чем с моими тремя мелкими вместе взятыми! А ведь он тебе еще себе подобных наплодит!

— Греттель, Греттель, меркантильная ты особа… — досадливо протянул Лайэль, натягивая безрукавку. — Ведь будь я по сей день принцем, а не обычным бродягой, ты бы по-другому пела…

Греттель надула щеки и громко выдохнула воздух.

— Диали, ты не против, если я присоединюсь? — вкрадчиво проговорила она, закатывая рукава. — Он же не принц, верно? Поэтому, если я его сейчас придушу, это не будет считаться государственным преступлением?

— Пожалуй, нет, — охотно согласилась я. — Но придется заплатить штраф за убийство бродяги, поэтому просто предлагаю вывозить его в навозе!

— Отличная идея! Жан!

— Эй, эй!!! — захохотал Лайэль, отступая к окну. — Тебе не понравится целоваться со мной перед алтарем, если я буду вымазан в навозе! Диалика, я серьезно! Я договорился, жрецы храма Святой Эффы ждут нас сегодня утром в вашей часовне!

Блузка выпала из рук, я страшно растерялась. Второй раз за шутку это не прокатит, по глазам же вижу, что не врет! Но как же так? Я приняла свою карму, смирилась, согласилась жить во грехе, изгоем, лишь бы вместе с ним…

— Лайэль, но я не могу… — на глаза навернулись предательские слезы. Я выставила вперед ладони с сиреневым наручами на запястье, они все так же светились, хотя уже и не жгли. — А как же это?

— Это убьет тебя, если ты выйдешь замуж за принца, Ди, — спокойно проговорил он, присаживаясь рядом на одно колено. Подхватил мою руку и поцеловал внутреннюю сторону ладони. — Я же предлагаю тебе выйти замуж за рыбака… Ты познакомилась с рыбаком, и замуж выйдешь за него же… Ведь выйдешь? — он прижал мою ладонь к губам и вопросительно поднял глаза.

— Лайэль… — слезы заструились по щекам, его образ расплывался, а мне хотелось умереть. — Не надо… Слишком больно… Ты не обманешь Небесного змея.

— Мы собирали три совета, Ди. Все мудрецы от Меридора до Алайи сочли, что это возможно. Ты не думала про меня, когда произносила свою клятву. Ты думала про принца. Лишь про титул. Совет принял мое отречение. Сегодня утром они поставят на него священную печать. Мы дождемся, когда курьер доставит документ сюда, и тогда… — он коснулся пальцами моих запястий, — тогда это потухнет.

Его руки подрагивали от волнения, а в глазах не осталось и толики былого веселья. Он был серьезен как никогда. В комнате повисла холодная тишина и тяжелое, гнетущее напряжение. Воздух словно сгустился, как перед грозой, казалось, то тут, то там проскакивают искорки статического напряжения.