Кристина с тихим вскриком отпрыгнула от кавалера аж на несколько метров, словно застуканная родителями за просмотром порно.
— Ты кто такая? — лицо мужика перекосило недовольством.
— Та, кто поломает тебе планы, извращенец озабоченный. Кристина, ну-ка живо убирайся домой, пока я в полицию не позвонила!
Девчонка собралась последовать приказу чисто на автомате, чем вынудила лжевампира рыпнуться в её направлении, но я оказалась быстрее. В два шага подскочив к мужику, задержала дыхание и с силой нажала на кнопку баллончика.
Поразив скоростью, упырь махнул ножом одновременно с моим выпадом, будто собрался отбить едкую струю газа как какую-то палку. И у него получилось! По нелепой случайности именно в этот момент на нас налетел порыв ветра, начисто снёсший газ далеко в сторону. Благо, я успела подойти достаточно близко для физического удара. Не теряя времени, схватила мужика за вооруженное запястье, потянула его на себя, и, резко подвернувшись спиной, через плечо перебросила тяжёлое тело на мокрую дорогу. Нож покатился по асфальту вместе с фальшивой челюстью и остановился прямо возле ног визжащей Кристины.
Вид пластмассовых клыков привёл девушку в себя. Она моментально заткнулась, наконец-то вняла здравому смыслу, развернулась и помчалась прочь отсюда.
Я хотела ботинком припечатать мужика в солнечное сплетение, окончательно выводя из строя, но он быстрым кувырком ушёл с линии атаки и поднялся на ноги. Длинный плащ остался лежать на земле.
— Это ты зря вмешалась, сука, — произнёс он с мрачным обещанием. Больше никакой наигранности и никакой слабости, только немецкий акцент никуда не делся.
То, насколько сильно я недооценила противника, стало ясно спустя какую-то долю секунды. С ножом мне повезло. Просто невероятно повезло, как везёт всего раз в жизни. Фриц не дал сделать даже полшага в сторону. Молниеносно сократив дистанцию, он на входе атаковал хуком с разворотом кулака. Я не успела ощутить боль, когда последовал прямой удар по корпусу: правой рукой упырь пробил в грудину, а левой в область нижних рёбер. Затем согнул локоть и резким круговым движением снизу вверх добил в челюсть. Хрустнула кость. Похоже, это был один из шейных позвонков, потому что моё тело разом утратило чувствительность. Верх и низ поменялись местами, я распласталась на земле безвольной куклой для битья.
Вот тебе и кандидат в мастера спорта, милочка.
Мужская фигура в белой рубашке с пышными кружевами нависла над моим лицом смертной тенью.
— Девчонка ушла, и догонять её нет времени, — фриц со вздохом глянул на циферблат часов. — К несчастью для тебя, майне либе. О, только не расстраивайся! Твоя кровь послужит благой цели. Ты сделаешь лучше…
Тусклый свет фонаря скользнул по тройному лезвию прощальным приветом. Окончание фразы потонуло в моём же крике.
Глава 2
Глава 2
Телефон надрывался на пределе громкости. Бодрая песенка безо всякой жалости выдрала меня из липких объятий кошмара, сотканного из бесконечной пустоты с далёкими фиолетовыми искрами. Сбросить звонок удалось лишь с четвёртой попытки. Незнакомая модель телефона имела непривычный интерфейс, изрезанный трещинами экран и корпус ядовито-розового цвета. Чей он, интересно? Точно не мой.
И комната не моя.
Или моя?
Интерьеры вокруг казались совершенно чужими и одновременно знакомыми до мельчайшей детали. Странно как.
Крепко зажмурившись, снова открыла глаза и попыталась сфокусировать плывущий взгляд. Нет, всё-таки я вижу эту комнату впервые в жизни. Какая-то она… богатая.
Тогда, откуда мне известно, что за дверью справа душевая и туалет, а слева выход?
Ничего не понимая, села в кровати и тут же ощутила сильную головную боль и настойчивый приступ тошноты. Едва успела добежать до ванны, как желудок вывернуло желчью. Похоже, бурная у меня выдалась ночка! Или даже несколько ночей. Хорошо бы, кстати, узнать, какой сегодня день недели? На работу бы не опоздать.
Вытерла губы тыльной стороной руки и только потянулась за полотенцем, как увидела собственные ногти — обломанные и покрытые ярким лаком мерзкого оттенка в тон телефону. Пресвятая дичь, на них стразы! Дальше хуже. На обоих запястьях виднелись страшные ссадины и следы от верёвок, что любопытно, уже наполовину зажившие. Но ладно бы с этим… Куда делись все мои татуировки? Где счастливый кролик на левой кисти⁈
Уцепившись за край раковины, с трудом поднялась на ноги и встретилась лицом к лицу с мертвецки бледной девчонкой, отразившейся в зеркале. На симпатичном личике в хлам размазан макияж, длинные тёмные волосы спутаны, бежевый свитер залит кровью в области сердца, карие глаза смотрят с укором подстреленного оленёнка.
Я резко повернулась, готовая залепить хук покойнице, но за моей спиной никого не было.
Какого⁈
Телефон всё не унимался. Абонент под именем «Паша» настойчиво желал поговорить с, так понимаю, темноволосой покойницей из зеркала. Я отвечать не стала, просто сбросила звонок и швырнула мобилку обратно на пол. На разбитом экране появилась новая трещина и фиг с ней.
Мне понадобилось полчаса, чтобы умыть лицо и почистить зубы от мерзкого привкуса желчи. Стало полегче. Утолив похмельный сушняк литром воды из-под крана, отважилась снова глянуть в зеркало. Чучело с розовыми ногтями никуда не делось. Неужто эта побитая барби — я? Бред…
Пресвятая дичь, да ведь меня убили! Буквально накануне фриц с фальшивыми зубами сломал шею и всадил в сердце трёхклинковый нож.
На мгновение забыв, что я сейчас в чужом теле, проворно стянула окровавленный свитер и уставилась на обнажённую грудь. В области сердца виднелась уже подживающая рана в виде характерной отметины — точка и три выходящие из неё линии. Похоже, эту девчонку убили тем же самым способом, только… только она не умерла. Сердце бьётся, дыхание хрипит, есть хочется зверски.
— Что же с тобой случилось, Ирэн? — спросила саму себя, затем бросила неприязненный взгляд в зеркало и усмехнулась: — А ты не Ирэн. Кто ты, кстати?
Барби в отражении не ответила.
Вернувшись в комнату, первым делом облачилась в найденную на стуле пижаму с вышитым орнаментом жар-птицы и застегнула её на все пуговицы. Девчонка потеряла много крови, и сейчас меня потряхивало от холода. На туалетном столике обнаружился стакан апельсинового сока. Снова поддавшись жажде, я сделала приличный глоток и с трудом его проглотила. Сок оказался апельсиновой водкой. Прелестно. То, что нужно, когда ты спятил!
Глотнув ещё раз, с деловитым интересом принялась осматривать владения темноволосой покойницы. Раз в её теле теперь я, значит, она в какой-то мере точно не жилец.
Ха, да мы обе наполовину мертвы! Разве что по-разному.
Комната впечатляла убранством. Дорогая мебель, техника неизвестных марок и назначений, голографические экраны с картинками человечков с сияющими мечами, на стенах очень много боевой атрибутики, в золотистой рамке отдельно висит медаль победителю Весеннего одиночного турнира среди курсантов третьего курса. Возле одного из окон стеклянный стол-компьютер, чья столешница представляла собой интерактивный монитор. На таких же стеклянных полках планшеты-книги с «умными» обложками: «Международныя отношенія», «Многосторонняя дипломатія», «Государственное управленіе», «Практика стихіи воды», «Практика стихіи земли». Последние две так вообще написаны какой-то странной разновидностью шрифта Брайля.
Ничего не понятно, но на тот свет определённо не похоже. На сон тем более, уж реальность от видений я в состоянии отличить. Всё слишком по-настоящему, особенно боль в побитом теле. Со мной явно произошла какая-то дичь, включающая переселение души в тело богатенькой девчонки с оригинальным вкусом.
Как её зовут-то хоть?
— Да чтоб тебя, Паша! — в очередной раз сбросила вызов. — Пора бы уже понять, что с тобой не хотят разговаривать. Отправь сообщение текстом и узбагойся.
С комнатой более-менее ясно, теперь личные вещи. На левой руке незнакомки болтался тонкий серебристый браслет с десятью абсолютно прозрачными камушками. Может, бриллианты, а может, стекло. Что любопытно, застёжки на нём не было, снять не представлялось возможным, но вовсе не он оставил нехорошие ссадины на запястье. Скорее всего, Барби некоторое время держали связанной. На левом безымянном пальце блестело тонкое кольцо с зелёным камнем и гравировкой «Навсегда», на шее изящный платиновый медальон размером с юбилейную монету. Его лицевую сторону покрывала цветная глазурь с изображением герба — на золотом щите булава и два перекрещенных копья с алыми знамёнами, поверх которых положен круглый чёрный щит. На обороте надпись:
Рано делать выводы, но раз побрякушки остались при девчонке, значит, убили её не с целью грабануть в переулке возле театра…
Теперь телефон. Эта маленькая штучка вырвиглазного цвета с раздражающим рингтоном, который, как скоро выяснилось, нельзя перевести в беззвучный режим, способна много чего порассказать. Но увы, Ирэн, обломись! Все системные настройки, а также личный дневник, фотоальбом и сообщения от некоторых абонентов оказались заблокированы паролем из семи цифр.