Толпа заорала. От стара до мала. Только жрицы оставались неподвижными и молчаливыми, как вещала им Богиня.

Шум переполнил Катарину удовольствием, но это не сравнилось с ощущением, которое она испытала, увидев Мирабеллу. Её красивая, царственная сестра смотрела на неё, но страх был таким сильным, что Катарина почти чувствовала его запах.

— Это прекрасный щит! — закричала она, и толпа поклонилась. — Тебе он понадобится!

Мирабелла на Арене съежилась, когда Катарина сняла лук и взяла стрелу. Она выстрелила и напряглась, чтобы увернуться от молнии, но ничего не случилось, только толпа застонала, когда стрела отскочила от щита. Она выстрелила во второй раз, и Мирабелла неуклюже рухнула на землю. Катарина увернулась, ожидая контратаки — и ничего.

Что-то пошло не так.

— Что это, сестра? — закричала она. — Разве стихии боятся сражаться?

— Это было бы странно! — закричала Мирабелла высоким, слабым голосом, выглядывая из-за щита, — когда это я бросила вызов!

Катарина с подозрением шагнула достаточно близко, чтобы увидеть пот на лбу Мирабеллы, как она тяжело дышала, слишком напряжённая. И глаза…

Её отравили.

Катарина повернулась к галерее, где Натали уверенно смотрела на неё среди Чёрного Совета.

— Вот почему ты не беспокоилась, — неважно, что она сделала за эти месяцы после Белтейна, для Натали она всегда будет неудачницей.

Катарина швырнула свой лук и колчан со стрелами в грязь. Она вытащила из-за пояса метательный нож и прицелилась. Мирабелла не могла вся укрыться за щитом.

Отравленная сестра — это не та славная победа, которую планировала Катарина, но итог не будет отличаться.

Она метнула нож.

Только когда её лезвие внезапно ушло вправо, Катарина заподозрила, что бой может быть интересным.

Мирабелла уклонилась и от другого ножа. Скрип досок измучил Арсиною, толпа крутилась…

— Это ты? — спросила Арсиноя Джулс. — Или плохой бросок?

— Не знаю, — раздражённо ответила Джулс. — Я этого не делала.

Мирабелла на Арене почти потеряла щит.

— Что с нею? — спросил Джозеф, выглядывая из-за плеча Арсинои. — Почему она не наносит удар?

— Не знаю, — ответила Арсиноя. Что-то было не так. Толпа тоже чувствовала это и в замешательстве садилась, когда Мирабелла уклонялась от атак и не сопротивлялась.

— Почему она ничего не делает? — Джулс с рыком воспользовалась своей войной, чтобы оттолкнуть ещё один нож. Щёки её алели от напряжения, волосы взмокли от пота. — Это не сработает, если она откажется убить. Проклятая я или нет, но я не могу пустить пламя!

— Богиня… — прошептала Арсиноя, когда Мирабеллу стрелой за одежды пришпилили к Арене. — Мирабеллу отравили!

Мирабелла чувствовала, как отравленная стрела скользнула у её ноги. Так близко. Звук заставил её похолодеть — казалось, в бедро…

Она отбросила щит, выдёргивая юбку, но та застряла, и прочный материал не рвался.

Паника. Она кричала, призывала ветер, чтобы столкнуть Катарину на арену, но пришёл лишь порыв. Он покачнул Катарину, заставил её пасть на одно колено, но не сбил с ног.

Катарина усмехнулась и вынула меч из ножен.

— Так не должно быть, — прошептала Мирабелла.

— Бедная сестра, — промолвила Катарина. — Они столько раз называли тебя избранной, что ты и вправду в это поверила.

— Лука! — закричала Мирабелла. — Бри! Элизабет! — она глубоко вздохнула. — Отвернитесь, не смотрите…

Небо было безоблачным, никакого ветра… Как унизительно, что именно так отравительница убьёт её, что даже яд не будет иметь значения…

— Катарина! Отойди от неё!

Мирабелла содрогнулась, Катари — оглянулась, упала в грязь. Крик раздался с противоположного конца Арены, и Мирабелла не верила своим глазам.

Арсиноя. Арсиноя и Джульена Милон.

Когда Арсиноя увидела меч, что был готов отрубить голову Мирабеллы, она не думала. Она просто вырвалась на Арену, и Джулс рванулась за нею. И Джулс, как всегда, была рядом. С Войной.

Толпа заорала, увидев ожившую Арсиною, и она поняла, что сделала.

Катарина встала на колено, и лицо её исказилось гримасой неверия.

— Ты! — закричала она. — Опять ты!

— Да, — прорычала Джулс, шагая перед Арсиноей. Джозеф и Камдэн ринулись к Мирабелле.

И толпа наконец-то загудела.

— Природа!

— Невозможно, она мертва!

Арсиноя ступила вперёд. Нельзя скрыться — они видели её шрамы.

— Ты мертва! — закричала Катарина. — Я убила тебя!

— Тебе следовало проверить, — прокричала Арсиноя. — Отравленный болт не пронзил мои доспехи! — и трибуны шокированно загудели.

— Я видела кровь! — закричала Катарина и сжалась, когда Джулс сжала руки в кулаки.

— Арсиноя? — переспросила Мирабелла. — Арсиноя, ты жива?

Арсиноя глядела на Катарину, бросившись к сестре. Протянула руку, сжимая пальцы Мирабеллы.

— Но я видела, как ты пала в лесу…

— Я хорошая актриса. Родилась на сцене. Ложь — это игра! — всё, что надо сделать Катари — попросить показать спину или даже просто быстро поднять правую руку, и её секрет отравительницы растворится в воздухе, но Катарина не решится ничего сделать, пока здесь Джулс.

— Позволь мне помочь тебе, — Арсиноя, заручившись поддержкой Джозефа, освободила юбку Мирабеллы от стрелы. — Никогда не видела тебя в таком состоянии… — прошептала Арсиноя, и Мирабелла рассмеялась. — Ты такая высокая… Ты всегда была самой высокой.

Взгляд Мирабеллы смягчился от слов Арсинои. Она знала, что Арсиноя помнила её.

— Это потому, что старшая, — вскинула подбородок Мирабелла.

— Менее чем на пять минут, Вилла говорила.

Джулс свистнула из самого центра. Она шагнула к Катарине, глянула на толпу. Выхода не было, и Камдэн, боясь, прижала уши. Джозеф шагнул к Арсиное.

— Ну? — спросил он. — И каков план?

— Ты знал план, — прошептала она. — И он не сработал. Бежать, что ли?

— Фантастично, — вздохнул Джозеф.

— Стража! — закричала Женевьева Аррон из галереи, так перегнувшись, что едва не выпала. Даже отсюда Арсиноя видела её бледность. — Заключите беглую королеву и Природу в камеры!

Арсиноя, Джулс, Джозеф и Мирабелла сомкнулись в круг, когда стража Волроя наводнила арену. Даже с Джулс и Камдэн им не вырваться. И они не смогут бежать мимо трибун, а Мирабелла так слаба…

— Арсиноя, — прошептала Мирабелла, — тебе следовало уходить. Ты не должна была спасать меня.

— Я не думаю, что когда-то спасала, — мрачно ответила Арсиноя. — Я просто не хочу быть тем, за кого они принимают.

— Прекратите! — Катарина махнула рукой в сторону Совета. — Это ещё не конец! Я всё ещё могу убить их! Я могу убить их обеих, если вы заберёте это! — она ткнула пальцем в ярости в Джулс. — Эту проклятую!

— Не трогай её! — в один голос воскликнули Джозеф и Арсиноя.

— Всё кончено! — заорала Арсиноя. — Она не сможет убить меня, что б она ни думала. И я не хочу убивать!

— И я — тоже! — воскликнула Мирабелла, и Верховная Жрица вскочила на ноги рядом с Натали Аррон и прикрыла глаза. Лука склонила голову, пробормотала что-то Натали, и та — заговорила с советом. На арену бросились стража, жрицы, отделили Арсиною, Мирабеллу и Катарины. Джулс ударила первых, отбросила ещё троих…

— Не бойся, — промолвила Арсиноя. — Всё закончилось, Джулс, но я найду способ освободить тебя.

— А ты? — прошептала Джулс, когда стража схватила её за руки. Она вырывалась, пыталась освободиться, но не могла. — А ты, Арсиноя?

Арсиноя лишь смотрела, как Джозефа, Джулс и Камдэн уводили прочь, и не могла ответить.

Волрой

Её бросили в Волрой, как и ждала Арсиноя, но вместо того, чтобы притащить в Совет, бросить к ногам Натали Аррон и Луки, они тихо провели её в камеры глубоко под замком.

— Ты не можешь оставить нас здесь! — закричала Арсиноя в закрытую дверь. — Совет! Мирабелла, жрицы! — она обернулась, но Мирабелла тихо сползла на деревянную скамью. По крайней мере, из заперли вдвоём, в одной из самых лучших камер, с четырьмя стенами, закрытым окном и множеством соломы.

В коридоре слышались звуки драки, и Арсиноя видела, как Джулс и Джозефа протащили мимо. Джулс с силой ударила своего стражника, когда Камдэн ударили. Бедная пума, закованная, задавленная верёвками…

— Отпустите кошку, — проговорила Арсиноя, — и вам будет легче…

Они нахмурились и отпустили, и горло Арсинои сжалось от гнева, когда она видела, как Камдэн вилась у ног Джулс.

— Всё будет хорошо, Джулс! — закричала она. — Джозеф, берегись! Мы тут ненадолго! — ответа не было, только звук шагов утихал.

— Мы — проклятие тех, кого мы любим, — промолвила Мирабелла.

— Да, но что делать, умирать, как нам сказали? — Арсиноя отвернулась от двери и села на скамейку рядом со своей сестрой. — Ты как?

— Отравлена, но, думаю, ты знаешь, как это.

— Собственно… — начала Арсиноя, но застыла, услышав голос Билли.

— Пустите! — закричал он. — Она моя невеста! Я хочу её увидеть!

— Он о тебе? — спросила Арсиноя.

Мирабелла хихикнула.

— Не будь глупой. Конечно, нет.

Арсиноя рванулась к двери камеры и ударила ладонями по дереву.

— Прочь! — приказала она страже и поразилась, когда они подчинились. Кажется, даже беглые королевы их пугали.

— Арсиноя!

Билли рванулся к ней. Он сжал пальцами решётки, встряхнул дверь. Он бросился кней. — Проклятие!

— Игнорируй, — Арсиноя сжала его ладони, и он смотрел на неё, словно не мог поверить, что это было реальностью.

— Ты жива, — прошептал он, улыбаясь в темноте. — Мне стоит тебя придушить.

— Мне повезло, что я достаточно далеко, — промолвила она, и он рассмеялся. — Прости. Я хотела сказать, но не успела.