Я делаю глубокий вдох и обдумываю свои слова.

– И поэтому ты знаешь о Катрин… ты наблюдала за ней?

Алия кивает.

Я знала, что у меня будет четыре дня. Я не отправилась на поверхность без подготовки.

Я указываю сестре на одну деталь: она точно отправилась туда неподготовленной, если ее исследование не учитывало факт помолвки любимого. Или что он строил оружие ради прибыли.

О Урда, все так запутанно.

Алия прижимает руку к моему лицу. Ее энергия, ее жизнь обжигают мою кожу.

Она такая живая. Такая настоящая.

Мысль о потере сестры вновь разрывает мое сердце. Во мне снова поднимается паника. Прежде это чувство привело меня к морской ведьме после того, как я узнала о поступке Алии.

Если ты думаешь, что я бы допустила эти подводные лодки в наш океан, то ты совсем меня не знаешь.

А потом сестра тянет меня за руку. Пойдем.

Не знаю, способна ли эта Катрин спасти мою сестру. Я не уверена, что она не убьет нас обеих, как только почувствует нашу магию. Но я знаю, что люблю свою сестру всем сердцем. Морская ведьма сказала мне: умение поддержать Алию – моя самая великая сила. Но, может, я способна и на нечто большее. Я дергаю Алию за руку так сильно, что это ее не только останавливает, но и тянет назад. Сестра врезается в мое плечо. Тогда я беру ее лицо в руки.

И целую.

16 Руна

16

Руна

Мы стоим вот так долгое мгновение. Мои губы прижаты к ее. Мои глаза крепко зажмурены. Я жду, пока магия сделает свое дело.

Я люблю сестру.

В этот треклятом заклинании важна именно истинная любовь. И учитывая, что я так эффектно провалила свою сделку, я теперь человек.

Так что. Работай. Дурацкая. Магия.

Несмотря на ее пламя и ярость, Алия кажется легкой в моих руках. Я задумываюсь, оставляет ли она меня. Магия, привязывающая ее к этому телу, по условиям сделки почти исчезла.

Открыв глаза, я встречаюсь взглядом с Алией.

Мы отстраняемся друг от друга. На ее губах застывает вопрос.

Что ты делаешь? – проговаривает она губами.

Я объясняю свою логику. Девушка беззвучно смеется. Мне не хватает звонкости ее смеха, а радость в движении ее плеч не та же самая. Алия двигает бровями и делает знак, заставляющий меня покраснеть до кончиков ушей.

Кэлдер.

А потом, чтобы стало еще хуже, она проговаривает предложение. У меня не получается его игнорировать.

Теперь я знаю, чем вы с Кэлдером занимались у горячих источников.

Я морщусь, но смеюсь и отвечаю ей. Может, у меня и была особая дружба с новобранцем-стражником. Однако Алия известна тем, что сразу же и полностью овладевала сердцем любого русала, которому посчастливилось играть с ней в лунных пьесах.

– Ничего такого, что бы ты не делала с Свендом, Бальдром, Хаммондом или Гиром!

Сестра вновь беззвучно смеется. Ее плечи трясутся. Потом Алия берет меня за руку. Дождь прекратился. Бриз развевает ее волосы, высушивая их. Они ложатся красивыми волнами ей на плечи.

Еще один знак.

Прости.

– И ты прости. Не следовало кричать. Просто… Все так сложно.

Она мягко улыбается и тянет меня за собой. Мы снова движемся в направлении дома Катрин. Я не протестую, хотя путь лежит на юго-запад. Трава мягкая под нашими ногами. Деревьев немного, и стоят они редко. Однако легко поверить, что тут только мы, испорченная летом трава и звезды.

Когда она снова смотрит на меня, то бормочет следующее.

Мне лучше.

– Правда?

Алия кивает.

И целует меня в щеку. Кажется, сработало.

– Правда? – снова спрашиваю я. Сама я ничего не почувствовала. Не знаю, чего ожидала. Может быть, вспышки – словно разгорающаяся лампа или молния, пронзающая ночь.

Я сосуд любви. Возможно, важны только чувства сестры. Моя неуверенность почти точно раздражает ее.

ДА! – кричит Алия одними губами, вскинув руки к небу.

– Ладно, тогда просто все…

В мирной ночи вокруг нас раздается выстрел пистолета.

Мы обе бросаемся на землю, точно не зная, откуда прилетела пуля. Понимаем только одно: предназначалась она нам. Дождевая вода цепляется за травинки. Когда ее касается мое лицо, холодные капли забрызгивают виски. Затылок характерно болит.

Я приподнимаюсь и вижу вспышку огня прямо перед звуком еще одного выстрела. Они близко. Намного ближе, чем мы ожидали. И быстро приближаются. На земле оставаться нельзя.

Наши руки одновременно находят друг друга. Мы встаем на ноги и бежим наперерез выстрелам. Им придется поменять направление и теперь постараться нас перехватить. Вдалеке ряд деревьев – точно отметка границы земель двух фермеров.

В воздухе звенит еще одна пуля. Эта уже ближе. Ее раскаленный жар проносится мимо меня. Я готовлюсь встретить ее компаньона, когда другой стражник поднимает пистолет. Однако мне нужно продолжать двигаться. Деревья будто совсем не приближаются.

Стражники слишком далеко, чтобы я заставила их уснуть с помощью заклинания, как тех в саду придворных. Что я могу…

Наконец второй выстрел пронзает воздух.

Я поворачиваюсь. Снова такое впечатление, что время замедлилось. Образ пули и ее траектории ясно виден в моей голове. Последняя летела в меня – значит, эта в Алию.

Я вскидываю руку, прикрываю спину сестры и выкрикиваю заклинание. Оно единственное, на мой взгляд, вообще способно нам помочь.

– Skjoldr!

Невидимый, но прочный щит вырывается из моей руки, несмотря на расстояние, которое я чувствовала между собой и магией. Пуля бьет в него прямо над моей рукой. Прямо между лопатками Алии. И потом падает на землю.

Я перестаю бежать и поворачиваюсь к безликим людям в темноте, выбрасывая теперь вперед обе руки.

– Skjoldr! Skjoldr! Skjoldr!

Мужчины быстро приближаются, но щит делает свою работу. Он теплый и сильный. Прикрытие стоит по всей длине и ширине моего тела. Это неидеальная защита. Она работает только с одной стороны. Но сойдет.

Позади меня Алия перестала бежать и вернулась, присев за моим щитом.

От меня отлетает несколько пуль. Люди уже так близко, что кажутся синими, а не черными в темноте. Их униформы должны выглядеть красиво и пугающе в замке. Однако они далеко не идеальны для отслеживания добычи в сельской местности.

Пораженные, они обмениваются словом. Мне его не слышно. Затем бросаются к нам. На полной скорости. Стражи умнее, чем кажутся. Один бросается мне в ноги, чтобы сбить на землю. Другой хватает Алию.

Мужчина, оказавшийся сверху меня, мешает мне видеть. Он прижал обе мои руки над головой и ищет пистолет.

Я не вижу Алию. Слышу только дыхание стражника. Тот требует, чтобы девушка не двигалась. Мужчина рядом со мной достает пистолет. Но он не нажимает на курок, а лишь отводит его назад, намереваясь ударить меня холодным металлом в висок.

– Villieldr! – выплевываю я ему в лицо. Мужчина колеблется. Воспользовавшись этой паузой, моя кожа становится горячее от дикого огня и кажется фиолетовой в ночи.

– Ой! – кричит мужчина, когда на его ладонях, прижимавших мои руки к земле, появляются волдыри. Он отдергивает руки и отскакивает назад. Из-за этого пистолет летит в траву.

– Omegin! Rata! – кричу я ему, заставляя заснуть, как и стражников до этого.

Моя кожа все еще искрится от пламени. Я переворачиваюсь и поднимаюсь на ноги, чтобы проверить состояние Алии. Она отбилась от стражника и лишила его пистолета и шляпы. В платье сестры большая дыра – больше, чем раньше. Обе ноги светятся белым в темноте, когда она встает на колени. Алия, очевидно, пытается добраться до чего-то в траве – пистолета.

Стражник неуклюже стоит на коленях, а затем бросается за ним. Мужчина больше Алии – выше, руки длиннее. Я понимаю: он доберется до пистолета раньше, учитывая скорость моей сестры.

– Omegin! Rata! – кричу я ему. Но страж слишком далеко – свежий ветерок подхватывает мои слова и уносит их прочь. Стражник не падает.

Я бегу за ним.

– Villiedlr! Vindr! – выкидываю обе руки перед собой, целясь в мужчину.

Во мне поднимается ветер. Вся концентрация уходит на то, чтобы выпустить эту силу и сдуть дикий огонь с моей кожи. Он проносится через расстояние между нами и попадает на широкую спину, склонившуюся в поисках невидимого в траве пистолета.

Огонь обжигает его спину вспышкой фиолетового пламени. Мужчина кричит и падает на землю. Он отчаянно пытается потушить пламя на всем теле – от макушки до подошвы его сапог на каблуке, теперь, скорее всего, сливающихся с его кожей.

Алия хватает пистолет и показывает его мне над своей головой. Она пытается что-то кричать. Глаза сестры обезумели.

Стой. Стой. Стой.

Она не хочет видеть еще одну смерть.

Но мне нужно убедиться, что сестра свободна.

Когда Алия отходит от стражника и бежит ко мне, я отзываю заклинание и накладываю на него заклятие сна. Такое же я применила и к другим.

– Omegin. Rata.

Стражник перестает извиваться на земле. Сознание покидает его, как и вызванная мной боль.

Алия складывается пополам, переводя дыхание. Она поднимает руку, чтобы показать, что в порядке. Я понимаю: нужно сделать то же самое, что и она, – забрать пистолет у моего стражника. И боеприпасы в придачу.