– Не обращайте внимания, дорогая, – тут же добавил король. – Серебряное Зеркало постоянно находит для себя новые забавы. Скорее всего, он просто забыл об ужине.

Сапфир нахмурилась. Откуда король Марк мог знать второе имя Гронидела, данное тому после посвящения в гонцы смерти? Вряд ли принц раскрыл брату такой секрет, ведь Марк не принадлежит к ордену повелителей силы маны. С другой стороны, многие члены ордена знали Гронидела как Серебряное Зеркало, поэтому не было ничего удивительного в том, что шпионы из замка Света донесли обо всем королю.

Настораживало, что Марк без стеснения называл брата вторым именем при посторонних. Сделать замечание королю? Подобной роскоши Сапфир не могла себе позволить. Пусть Гронидел сам разбирается с братом. Тем более что вопрос с именем – сущий пустяк по сравнению с другими претензиями.

Марк начал представлять принцессу многочисленным гостям, и она поняла, что ноги перестают ее держать. Имена некоторых приглашенных дам оказались ей слишком знакомы, ведь буквально сегодня их ей перечисляла разговорчивая Женевьева.

Бывшие любовницы Гронидела с интересом рассматривали Сапфир. Все они демонстрировали дорогие наряды и драгоценности, от которых пестрило в глазах. Принцесса среди всего этого великолепия смотрелась скромницей. Ее шелковое платье было однотонным, хотя у других дам ткани украшали замысловатые рисунки. Она была обута в сандалии, в то время как другие дамы расхаживали по залу в мягких бархатных тапочках, расшитых золотой нитью и бисером. И, конечно, драгоценностей на Сапфир было куда меньше, чем на бывших любовницах Гронидела.

Мимо прошла подавальщица в синем шелковом платье, точно таком же, какое надела Сапфир. Принцесса обомлела… Одна, другая служанка, третья. И все в одинаковых нарядах! Точно таких же, как у нее!

Взор заволокло пеленой гнева.

«Держи себя в руках», – повторяла она, будто молитву, но это не помогло.

Глаза вспыхнули огнем, а метки маны раскрасили кожу золотом. Еще немного, и Сапфир вспыхнет прямо посреди зала!

Увидев, как ярко светится принцесса, гости пришли в ужас. Охранницы короля поспешили загородить собой монарха и достали клинки. Остальные попрятались за стульями и столами, призывая богов на помощь.

«Хочешь их сжечь? – наперебой кричали голоса отца и Изумруд в голове. К какофонии присоединился крик Рубин: – Хочешь? Хочешь? Хочешь?»

– Прошу меня простить, – только и смогла выдавить из себя принцесса и направилась к выходу.

– Куда же вы? – крикнул ей вслед король, не скрывая собственной радости от удавшегося представления. – Ужин только начинается!

Она остановилась у двери и обернулась, одаривая его презрительным огненным прищуром:

– Искать мужа, полагаю.

– Тогда попросите Женевьеву отвести вас в его покои, – посоветовал король. – Эта бывшая дева утех точно знает, где они находятся. – Марк похабно улыбнулся и подмигнул Сапфир.

* * *

Принцесса неслась назад, желая одного: вспыхнуть и сгореть дотла. Один коридор, другой, третий… Она старалась точно вспомнить путь, которым вела его любовница короля, но, кажется, все равно заблудилась.

«Горе-воин», – прозвучал голос Фейрана, как будто феец шел рядом.

– Замолчи, – прошептала Сапфир и прижала кулак к виску.

«Как понять, что твой кошмар окончен? – услышала она Гронидела. – Пока не проснешься по-настоящему, все равно не узнаешь».

– Угомонись, – приказала она.

«Когда все это началось?» – спросила Изумруд.

– Да заткнитесь же все наконец! – прокричала она и остановилась.

Голова кружилась, голоса вокруг не унимались, и среди них постоянно раздавался монотонный зов.

Сапфир обернулась и увидела короля Марка. Он стоял совсем рядом, и его фигура расплывалась перед глазами. Кажется, он только что спросил ее о чем-то. Но вот о чем?

Марк протянул руку и щелкнул пальцами. Свет вокруг погас. Принцесса рухнула во тьму.

Глава 19

Глава 19

Гронидел

– Полагаю, что важный гость – это я, – произнес Гронидел и толкнул дверь с такой силой, что «подружка» покойницы едва успела отскочить в сторону.

– Твою мать… – прошептала «близняшка», вцепившись взглядом в лицо принца.

Гронидел вальяжно запер дверь и осмотрелся. Жилище воительницы внутри напоминало халупу. Окна зашторены выцветшими портьерами, не пропускающими свет. Деревянный пол не то что коврами не устлан, он даже не подметен как следует. Стены давно облупились, а низкий стол в углу был покрыт таким слоем пыли, будто за ним никогда не сидели.

Нетрудно понять, что в этом доме вряд ли кто-то жил. Либо он использовался как явочная, либо в нем изредка прятались от чужих глаз.

Гронидел бесшумно прошелся по помещению и остановился у тряпки, занавешивающей вход в другую комнату.

– Вы бы хоть иногда прибирались в месте, где встречаетесь. – Принц хмыкнул, пока девицы неотрывно следили за ним. – Я буквально вижу, как в воздухе летает пыль.

Подружка покойницы сделала выпад и метнула в принца клинок. Тот пролетел сквозь его тело и воткнулся в стену.

– Какого… – воскликнула «близняшка» и повернулась к подруге.

– Он теневой… – прохрипела та.

Гронидел счел это замечание интересным и взмахом руки растворил иллюзию, тут же создав другую. Копия принца подошла к подруге покойницы и неодобрительно покачала головой:

– Нехорошо нападать на гостей исподтишка. За это можно и жизнью поплатиться.

– Ты – теневой? – спросила его «подруга» покойницы и замерла, ощутив холодную сталь, прижатую к шее.

Пока обе девицы следили за копией, настоящий Гронидел, прячась за зеркальной иллюзией, неспешно подошел к воительнице со спины и прижал клинок к горлу.

– Только шевельнись – и захлебнешься кровью, – пообещала копия Гронидела и широко улыбнулась.

Проверять его утверждения девицы не спешили.

– А теперь поговорим по душам. – Иллюзия принца отошла от противницы и взглянула на клинок, воткнутый в стену. – Что за сталь способна пробить блок из ракушечника? Лезвие слишком тонкое, да и ты метнула его с расстояния не больше шести метров. Либо ты слишком сильна, либо у тебя особенное оружие.

– Если ты теневой, то и без нас должен знать, что это за оружие, – произнесла «близняшка».

– Кто-то прижимает мне клинок к горлу! – зашипела «подруга». – Он явно не теневой, а просто использует марь и водит нас за нос!

Гронидел потерял терпение и устами иллюзии обозначил условия:

– Либо вы рассказываете мне, что здесь происходит, либо я сделаю все возможное, чтобы тот, кто вас сюда отправил, побыстрее стер вас.

Девушки испуганно переглянулись, и «близняшка» начала говорить.

* * *

Гронидел внимательно слушал, продолжая удерживать кинжал у горла «подруги» покойницы. Теперь он знал, что ее зовут Динарой, в то время как «близняшку» родители нарекли Обринь.

– Мы с Динарой умирали мучительно медленно, – сказала Обринь. – После нападения богов два года назад нам не повезло оказаться на празднике в Солнечном городе. Вспышки разноцветных огней в ночном небе сначала показались невиданным чудом. Заметив их, люди замерли и разинули рты. Мы с Динарой тоже уставились в небо. А потом вся эта красота обрушилась градом смертоносных светящихся шариков нам на головы.

Обринь замолчала, вспомнив прошлое и сжав от злости кулаки. Ее «подруга», у горла которой Гронидел удерживал острое лезвие, не издала ни звука. Она ждала, когда Обринь возьмет себя в руки и продолжит рассказ.

– Мы пролежали под завалами много долгих часов. Возможно, целую вечность. Нас так и не успели вытащить. Первой умерла Динара. Я поняла это по тому, что она перестала стонать от боли. Следом за ней на тот свет отправилась и я. Помню, как закрыла в темноте глаза, а когда распахнула их, подумала, что мне приснился дурной сон. Я проснулась в собственной кровати. Рядом спали младшие братья и сестра. За дверью гремела посуда: мама встала готовить нам завтрак. Донесся голос отца: он принес в дом воды и спросил маму, можно ли будить нас, детей. Я села и подумала о том, как же мне повезло! Всего-то увидела дурной сон. Только мысль промелькнула странная: почему я вновь в родительском доме, если давно покинула его? Почему мой отец, который умер от лихорадки в прошлом году, жив? Почему мне снова пятнадцать и куда делись последние пять лет моей непростой жизни? Стоило подумать об этом, и все вокруг растаяло, словно дымка. Я очутилась в месте, о котором ничего не знала. В городе, который даже представить себе не могла. Глаза слепило яркое солнце, что отражалось от стекла и блестящего пластика. Ты знаешь, что такое пластик? – спросила Обринь и хмыкнула, будто поведала Грониделу секрет, который он никогда не сможет разгадать.

Ее подруга по-прежнему не шевелилась и внимательно слушала. Волнение выдавало участившееся дыхание Динары, и принц не мог определить точно: она нервничала из-за угрозы быть прирезанной или из-за рассказа подруги?

– Я долго путешествовала по тому миру, – продолжила говорить «близняшка», – пока не поняла, что в нем далеко не безопасно. А когда поняла, осознала, что и бежать мне некуда. За одним городом всегда стоит другой, за одним лесом таится небо, а за другим – море из лавы и пепла. И ты никогда не знаешь, что ждет тебя впереди. Но все равно продолжаешь брести в надежде рано или поздно найти выход.