Я же, еще до конца не отойдя от нахлынувших воспоминаний, озадаченно вглядывалась в его лицо. Мне было важно понять, что он испытал, увидев меня.

Может, сожаление, что бросил меня два года назад, не сказав ни слова? Или восторг, потому что вспомнил то чудесное время, которое мы провели вместе?

Но, вместо этого, я заметила у него на лице только отвращение. Так смотрят на пьяницу, который пристает к тебе с просьбой подкинуть деньжат. Так смотрят на кучу мусора на своём пути.

Неужели, все хорошее, что было между нами, для него ничего не значит? Или же, он с самого начала не видел во мне своей пары? Только мимолетную игрушку. Которая, выбравшись через два года из забытого чулана, вдруг напомнила ему о том, чего он хотел бы забыть.

— Брак? — пророкотал Антэро, переведя тот же презрительный взгляд на меня, — Между вами?

Я твердо посмотрела ему в глаза и кивнула.

— Да. Одобришь ли ты его?

Ни секунды не размышляя, Антэро отвернулся и, едва сдерживая злость, процедил:

— Ни за что! Я не дам вам на это своего разрешения! Уходите прочь!

Как и в тот день, когда я ждала его на ледяных ступенях перед дворцом, мое сердце зашлось мучительной болью.

— Но почему? — вырвался у меня болезненный стон.

Глава 3

Глава 3

Сначала мне показалось, что я ослышалась. В ушах эхом отозвался голос Антэро:

«Ни за что…»

— Почему? — повторила я, едва шевеля губами, но меня заглушил Матиас. Грубо оттерев меня плечом, он выскочил вперёд, как игрушка на пружине, и громогласно возмутился:

— Прошу прощения, герр император, но я не понимаю, чем я заслужил такую немилость!

Ледяные, как синие искры, глаза Антэро обратились к нему. Винтер ничего не сказал, лишь слегка поднял бровь, и Матиас поперхнулся и моментально замолчал, издав сдавленный писк.

Все собравшиеся смотрели на нас. В зале повисла такая тишина, что в ушах зазвенело.

— Вы, верно, вообразили, — произнёс Антэро, чеканя каждое слово, словно высекая его в камне, — будто бы я обязан отчитываться перед вами в своих решениях. Я правильно вас понял?

Он говорил негромко, но его голос гудел, как кузнечный молот, наполняя собой всё пространство. Я поёжилась, внезапно осознав, что боюсь нынешнего Антэро, который за те два года, что мы не виделись, стал куда более мрачным и суровым, чем прежде.

С каждым словом Винтера Матиас словно съёживался всё больше и больше. Когда прозвучал хлёсткий, как пощёчина, вопрос Антэро, он вздрогнул всем телом и униженно пролепетал, окунув голову в плечи:

— Что вы, ваше величество… я не имел в виду ничего такого… я просто удивлен… ни в коем случае я не оспариваю вашего решения… простите мне мою дерзость…

Я пораженно смотрела на него, ошарашенная таким стремительным преображением моего жениха.

Матиасу оставалось только рухнуть на колени и поползти на них к Антэро. И я всерьез забеспокоилась, что сейчас так и произойдет.

Но в этот момент, к нам подошел худой пожилой мужчина с седыми волосами и надменным взглядом, который до этого терпеливо стоял возле трона Антэро.

— Господа, как советник императора, прошу вас удалиться. Продолжать этот разговор просто бессмысленно. Пожалуйста, не задерживайте его Величество, чтобы он смог встретиться со своей суженой.

Матиас потерянно кивнул и крепко вцепился в мое запястье, а меня будто разрядом прошибло.

Суженая?!

Как только я услышала это слово, то сразу же ощутила в глубине себя сильное чувство острой обиды и непонимания. Если у Антэро появилась суженая, то почему он не даст разрешения на брак с Матиасом? Разве между нами не все кончено? Или же он таким образом хочет мне отомстить за что-то?

Но, если так, тогда я не понимаю за что… разве я в чем-то перед ним виновата?

Это не он стоял под дождем у входа в замок, не он потом лежал две недели с простудой, при этом не переставая писать письма, которые так и оставались без ответа. Так почему он себя ведет подобным образом?

Матиас настойчиво дернул меня за руку, уводя из тронного зала и мне не осталось ничего другого, как поторопиться за ним.

Уже у самого выхода я почувствовала как как спину между лопаток буравил чей-то обжигающий взгляд. Обернувшись, в щель между закрывающимися дверьми, я успела заметить пристально смотрящего нам вслед Антэро.

Встретившись со мной глазами, он чуть наклонил голову вбок и усмехнулся уголком рта.

* * *

— Да что с ним не так! — кипел Матиас, когда мы шли по длинной анфиладе дворца, — Что могло не понравиться этому… императору!

Было заметно, что Матиас с трудом сдерживался, чтобы не обложить Антэро грубыми словами.

И я его прекрасно понимала. Меня и саму колотило от исступления. Не так я представляла себе нашу свабедную церемонию. Не говоря уже о том, что в страшном сне не могла вообразить, что она окажется сорвана мои бывшим, которого я вычеркнула из своей жизни.

Причем, сорвана без какой-либо причины. На сколько я знаю, Малахитовый род, новым главой которого стал матиас никогда не был замечен в каких-то грязных делах и всегда был лоялен императорской семье.

Так почему?

— Может, просто сегодня не тот день? — тихо отозвалась я, в попытке то ли успокоить Матиаса, то ли саму себя.

— А может, нам отказали из-за тебя? — процедил он, отчего я вздрогнула как от удара.

— Невозмож… — я хотела было сказать, что это невозможно, что Антэро не настолько мелочный, чтобы отказывать только потому что мы с ним когда-то встречались, но осеклась.

Если так подумать, то до определенного момента я была уверена, что он не сможет бросить меня прямо в день свадебной церемонии. А. значит, я его не так уж хорошо знаю.

Тем более, из головы никак не выходил этот взгляд, с которым Антэро смотрел нам вслед. Взгляд, полный презрения и неприязни.

— И что нам теперь делать? — подавленно спросила я.

— Искать другой выход! — раздраженно отозвался Матиас, — Я не уеду отсюда пока мы не поженимся!

— Но разве это возможно? Антэр… в смысле, император же выгнал нас?

Говоря слово “выгнал”, я чувствовала себя преданной. Как бездомную кошку, которую сначала пустили на порог теплого дома, а потом пинком вышвырнули обратно на мороз.

И правда, такое ощущение, что я совсем не знала Антэро. Будто со мной он притворялся, а сейчас показал свою настоящую сущность.

— Кажется, у меня появился план, — неожиданно холодным и отстраненным голосом откликнулся Матиас, кинув пристальный взгляд мне за спину.

Заинтригованная, я обернулась, и увидела как из тронного зала вышел седой мужчина в богатой одежде, который назвался советником Антэро.

— И какой же у тебя план? — ничего не понимая, спросила я.

— Жди здесь, — коротко ответил Матеус, даже не обратив внимания на мой вопрос.

Быстрым шагом он настиг советника, который недовольно отстранился от Матеуса. Но стоило моему жениху что-то тихо сказать, как советник остановился. Затем, обернувшись и кинув на меня непонятный взгляд, Матиас завел советника за колонну и, судя по яростной жестикуляции, принялся ему что-то объяснять.

У меня не было никакой надежды, что Матиас сможет его в чем-то убедить. Тем более, даже если он о чем-то и договорится, как это повлияет на решение Антэро?

И тут до меня донеслась странная фраза:

— …Альберт Лотта и его виноградники… мы могли бы помочь друг другу…

Причем, я даже толком не могла сказать что меня в ней смутило.

То ли то, с какой зловещей интонацией произнес ее Матиас, то ли упоминание моего отца.

Наверно, все-таки последнее. Зачем рассказывать советнику о виноградниках моего отца, тем более, что последние два года из-за ужасного урожая, говорить об Альберте Лотта в высоких кругах стало дурным тоном.

По спине тут же пополз неприятный холодок, а внутри меня появилось ощущение, будто я не должна была услышать то, что услышала.

Вовсю отгоняя от себя пугающее чувство зловещей тайны, я, прикрываясь колонной, подобралась ближе. Спряталась, прижавшись спиной к ледяному мрамору, который пробирал даже сквозь плотную ткань платья, и вся превратилась в слух.

— Интересное предложение… — сухой хриплый голос явно принадлежал советнику, — Вот только, к чему такая спешка? Можно сделать это после свадьбы императора.

Новость о свадьбе Антэро снова резанула меня ножом по сердцу. То есть, у него у самого на носу свадьба, а нам он свое одобрение не дает?

Что он себе позволяет?!

Но этот вопрос моментально отходит на второй план. Потому что от того, что ответил советнику Матиас, у меня потемнело в глазах, а в груди все сжалось и покрылось льдом.

— Боюсь, что время у нас ограничено. Лотта долго не протянет…

Глава 4

Глава 4

Услышав эту фразу, я покачнулась и прижалась к колонне, чтобы устоять на подкосившихся ногах и не рухнуть прямо на пол.

О чём Матиас говорит? Неужели, с отцом стряслось что-то серьёзное? Но ведь у него обычная простуда. Он сам так говорил…

У меня перехватило дыхание и я судорожно вцепилась в колонну. Голова шла кругом, меня трясло.

— И что нам это дает? — тем не менее, в голосе советника мелькнула искра заинтересованности, — Разве есть большая разница когда вы получите…

Я вся обратилась в слух и крепко прижала ладонь ко рту, чтобы не выдать себя звуком дыхания. Чёрт! Как я раньше не замечала, что сердце стучит так громко! Оно грохочет, как кувалда кузнеца! Меня точно услышат!

Где-то вдали хлопнула дверь, и плеч вновь коснулся сквозняк. Это было похоже на прикосновение ледяных пальцев. Вздрогнув от неожиданности всем телом, я покачнулась и на мгновение потеряла концентрацию.