— Возьми меня на гору, и я скажу, у какого вида пропал мунаксари. — Она знала, что просила о многом. Он ведь уже спас ей жизнь.
Он нахмурился:
— Ты хочешь меня надуть.
Касси энергично замотала головой:
— Обещаю, что скажу тебе на горе.
— Ты уже обещала.
Она подняла взгляд: в ветвях собралась целая толпа белок. А не шпионы ли это?
— Я научилась не давать мунаксари опрометчивых обещаний. Это ты предположил, чтобы я рассказала тебе.
— Ты разрушишь мою репутацию.
— Нет у тебя никакой репутации. Никто не знает о существовании мунаксари.
Он неуверенно переступил с ноги на ногу.
— Но другие мунаксари… Пойдут сплетни. Большинство из них не стали бы тебя спасать, но мне нужны эти души… Ненавижу, когда ничем не могу помочь при рождении.
Касси вспомнила, как Медведь переживал из-за мертворожденных детенышей, и поняла, что выбрала лучшую приманку для мунаксари.
— А подумай, что станет с твоей репутацией, если другие мунаксари узнают, что ты спас меня просто так? Не разузнав про души, — сказала она.
Словно подчеркивая ее слова, зашуршала оранжево-золотистая листва. Стройная фигура из веточек и листьев промелькнула среди ветвей. Человеческий мунаксари взглянул на мунаксари березового. У Касси сердце заколотилось в горле. Она быстро добавила:
— Но на твоем месте я бы из-за этого не переживала. Об этом знаем только я, ты и все бореальные леса Северной Америки.
— Но это же шантаж.
— Ну да, вроде того, — беззаботно сказала Касси. — Так тебе нужны эти души или нет?
Он рассмеялся и вытянул руку:
— Ну ты и штучка! Должен предупредить: я быстро бегаю.
Касси взяла его за руку; сердце у нее пело от восторга.
— Уж поверь, я справлюсь.
Поднявшись на зажившие ноги, она отошла от берега. Камни были все в ее крови.
Вокруг неумолчно трещали белки. Она увидела, что за плечом мунаксари деревья встают теснее. Кора их сливалась в сплошную стену. Ей надо бежать, прямо сейчас. Человеческий мунаксари обернулся через плечо, и Касси налегла на его руку, чтобы отвлечь. Она увидела какое-то мельтешение между елями и сказала:
— Ну же. Удиви меня.
Сверкнув на нее улыбкой, мунаксари бросился в чащу. Ветви ломались одна за другой, стоял треск, как от фейерверков.
— Ну что, ты удивлена?
За их спиной двигались деревья.
— Еще нет, — ответила Касси.
Он побежал быстрее. Ели мелькали совсем близко. Ветка хлестнула Касси по лодыжке, и девушка вскрикнула. Но Мунаксари держал ее за руку, и рана тут же зажила.
— Доверься мне! — сказал он.
— Постарайся, чтобы у меня остались все конечности!
Маневрируя, как реактивный истребитель, он несся через лес. В ушах свистел ветер. Интересно, подумала Касси, а что происходит, когда мунаксари достигает скорости звука? Сейчас самое время проверить.
— Быстрее! — сказала она.
Теперь она не различала деревьев. Мимо нее проносились темные тени. Листва ливнем опадала за их спинами. И лишь тогда, на этой невозможной, чрезвычайно опасной скорости, она почувствовала себя спокойно.
Он остановился так внезапно, что Касси чуть не упала на каменистый склон. Однако мунаксари удержал ее, и она увидела впереди возвышающиеся горы.
— У тебя получилось! — прошептала она.
Она была в горах, так высоко, что тут уже не росли деревья. Ей хотелось танцевать. Свобода, свобода от леса!
— Двадцать пять тысяч, — напомнил ей мунаксари.
— Я ничего не гарантирую насчет их мунаксари. Он еще может вернуться.
Надо было прояснить этот момент. Касси не хотелось, чтобы человек, спасший ей жизнь, оказался в дураках, когда вернется Медведь. Она была перед ним в огромном долгу.
Он поспешно кивнул:
— Рассказывай.
— Полярные медведи, — сказала она.
— Арктика входит в мою область! — Он повернулся к северу, словно гончая, готовая к погоне. — Ты уверена?
Касси лукаво улыбнулась:
— Жизнью могу поклясться.
— Я благодарю тебя. И новорожденные благодарят тебя. Удачи тебе с ветром. Но что тебе от него нужно? Я слышал, он… несговорчив.
— Это личное. — Касси пожала плечами, словно они говорили о сущих пустяках.
— Ну ладно. Постарайся не убиться во второй раз. Спасать тебя я больше не буду.
— Поняла, — сказала она и подняла взгляд на склон. Там блестел снег, а вершина пропадала в облаках. О Боже.
Он похлопал ее по животу:
— Скоро увидимся.
Подмигнув, мунаксари отвернулся и зашагал по склону. Она смотрела, как удлиняются его шаги, постепенно превращаясь в прыжки, как у балерины. Касси крикнула ему вслед:
— Эй, а зовут тебя как?
Он резко остановился:
— Я мунаксари.
— А до этого как звали? Ладно тебе, я знаю, что ты новичок.
— Не думал, что это так заметно. — Щеки его загорелись румянцем. — Меня звали Джейми. Джейми Иеук.
— Подходящее имя.
«Иеук» по-инупиакски значило «человек». Совсем как Медведь, которого зовут Медведем.
— А я Касси, — представилась девушка.
Он снял невидимую шляпу:
— Рад познакомиться.
— Рада быть спасенной тобой, — ответила она.
Касси смотрела, как стремительно удалялся мунаксари. Он не оставил за собой никаких следов, словно просто исчез вдали. Касси осмотрела широкие лесные просторы: зеленые, коричневые, золотые. Сердце у нее взмыло в небеса. Он привел ее на сотни километров ближе к Медведю. Да уж, мунаксари — это, безусловно, самый удобный способ путешествовать.
* * *
Солнце светило ей в спину, и она скоро начала потеть. Она зарывалась босыми пальцами в камешки, чтобы не заскользить вниз. Выше по склону дикие овцы жевали белый вереск и камнеломку, прыгая с камня на камень.
— Хватит выпендриваться, — сказала Касси и замахала на них руками. — Расступись!
Внутри нее толкнулся ребенок, словно поддерживая ее. Она улыбнулась и похлопала себя по животу. Странно. Она чувствовала, что у нее появился союзник. Она теперь не одна. Ребенок тоже будет спасать своего отца.
— А ну разойдитесь, овцы! Ребенок на борту!
Те бросились врассыпную.
Склон становился все круче, и Касси пришлось работать руками. Она чувствовала себя нерасторопной, как гигантская черепаха. Она осторожно переставляла одну ногу, за ней другую, а потом цеплялась руками за камни для уверенности. Ее живот волочился по камням. Касси почувствовала, как ребенок заерзал.
— Обещаю, что если будешь умницей сейчас, то я больше никогда не заставлю тебя карабкаться по горам. Просто посиди там внутри еще немного. Договорились, малыш?
Тяжело дыша и кряхтя от усилий, она вскарабкалась на каменистую плиту. Усевшись на край, она зачерпнула снега (тот уже подернулся корочкой) и охладила им лицо. Теперь, когда она очутилась выше уровня деревьев, ей открывался вид на долины. Лиственницы с их ярко-золотой листвой горели на фоне темных елей. Интересно, сколько ей еще карабкаться, чтобы Северный Ветер смог ее услышать? Она вытянула руку, чтобы почувствовать дуновение ветра на ладони.
— Мунаксари ветров? Дедушка! Эй, ты тут?
Тишина. Ей придется забраться повыше.
Касси снова поползла по горному склону. С каждым шагом она повторяла про себя:
Через час склон стал еще круче. Она продолжала карабкаться, пихая пальцы в трещины между камней. Ногой Касси нащупала какую-то опору и подтянулась на руках. Согнув ноги, она потянулась к выступу в скале и запачкала камни кровью из порезанных пальцев. Размахивая ногами, Касси приземлилась на край уступа. Она прислонилась к склону спиной, тяжело дыша. Под ней деревья казались зубочистками, а дикие овцы — точками на дальних горах.
Прижавшись спиной к горе, Касси спустила ноги с края. Ветер задувал ей волосы на лицо; она заправила их за уши и оглядела пейзаж. От высоты кружилась голова. Она видела сотни километров леса — дальше и дальше, до самого горизонта. Под ней пролетела стая канадских гусей. Прижав одну руку к животу, она глубоко задышала. Либо ребенок родится скалолазом, либо с рождения будет бояться гор.
Она закрыла глаза, чтобы голова перестала кружиться. Настала пора проверить, стоила ли игра свеч. Заполнив легкие воздухом, Касси прокричала:
— Северный Ветер! Дедушка!
Она чувствовала ветер на своем лице. Он молчал.
Она крикнула снова:
— Я дочь Гейл! Мне надо с тобой поговорить!
Он был где-то рядом, в этом нет никаких сомнений. Но где? Он был целым ветром или какой-то отдельной его частью? Жаль, что она не расспросила Гейл про родственников. Касси ничего не знала про мунаксари ветров, кроме того, что они были членами ее семьи и смотрителями воздушных мунаксари. Она надеялась, что этого достаточно. Чего же еще?
— Я твоя внучка! Пожалуйста, ответь мне! Дедушка! Дяди! Ветры!
Касси кричала, пока у нее не засаднило в горле:
— Ответьте мне! Пожалуйста! — Она чувствовала ветер. Ее юбка хлопала, волосы развевались, снег и камешки падали с горы… Так почему же он не отвечал ей? — Дедушка! Дяди! Мунаксари! Я знаю, что вы есть! Поговорите со мной!
В склоне треснул камень. Он поглотил ее крик: часть скалы рухнула в считаных сантиметрах от ее выступа. По горе вниз понеслась маленькая лавина. Касси в шоке смотрела на образовавшуюся расщелину.
Оттуда на нее уставился глаз.