На пороге стоял Гилберт. Выглядел он так, что Кристофер от удивления окончательно проснулся. Его друг, оруженосец третьего года обучения, был похож на два овоща сразу. Во-первых, на луковицу: его наряд состоял из пяти – не меньше! – слоев одежды, торчавших один из-под другого. А во-вторых, на спелый томат, таким красным было его лицо.
– Зайти-то можно? – выпалил Гилберт, поправляя очки, съехавшие почти на самый кончик носа. – Или мне так на пороге и стоять?
– Э-э-э… Судя по твоему виду, не войти, а вкатиться…
С этими словами Кристофер отошел в сторону, пропуская Гилберта в комнату.
– Очень смешно. Просто обхохочешься, – мрачно заметил тот, обшаривая комнату взглядом. – Где у тебя кувшин с водой? Из-за всех этих тряпок меня сейчас тепловой удар хватит.
– Посмотри у окна, – бросил Кристофер и уже хотел закрыть дверь, как вдруг увидел Робба Коллинза, выходившего из комнаты напротив.
Робб сильно изменился за лето: вытянулся и был теперь чуть ли не на голову выше Кристофера. Его русые волосы потемнели, стали почти каштановыми и закручивались внутрь – казалось, что Робба постригли под горшок. На нем была расшитая золотом красная шелковая рубашка, на глазу красовалась такая же повязка.
«Вот кому деньги девать некуда», – подумал Кристофер, разглядывая его черные штаны, расшитые не только золотом, но и драгоценными камнями. А сколько стоит такая обувь – с выделкой, из кожи, – даже подумать страшно… Он вздохнул и тут же на себя разозлился: «Еще Роббу завидовать не хватало! Совсем, что ли, из ума выжил?!»
– Чего тебе надо? – неприветливо спросил его Робб. – Чего уставился?
– Ничего! – огрызнулся Кристофер. – Иди куда шел.
– Вообще-то, никуда я не шел, – надменно ответил Робб. – Я жду Оливера. Он теперь будет моим соседом по комнате.
– То есть как соседом? – удивился Кристофер. – А как же…
Он оборвал себя на полуслове. Ну да, конечно. С первого дня обучения Робб был соседом Саймона, но теперь-то Саймон пропал. Значит, к Роббу подселили кого-то еще… Не всем так повезло, как Кристоферу, который жил один. Если не считать Олли.
– Уф-ф-ф, наконец-то полегчало! Я уж думал – все, сейчас в обморок грохнусь, – пропыхтел у него за спиной Гилберт. – Целый кувшин выпил!
В этот момент из-за угла появился Оливер с огромным мешком в руках. Кристофер захлопнул дверь.
– Зачем ты меня разбудил? – сердито спросил он Гилберта, сел на кровать и нахохлился. – Я выспаться хотел.
– Шутишь, что ли? – отозвался Гилберт, утирая рукавом пот со лба, поставил глиняный кувшин на пол и тут же чуть сам не опрокинул его. – Скажи спасибо, что я уговорил Марту со мной не приходить. Она была настроена куда решительней меня.
– Уж кого я не боюсь, так это Марты, – Кристофер плотнее завернулся в одеяло. – Зачем ты ко мне ломился? Так в дверь колотил, что Олли перепугал!
– Вернее будет сказать, заставил сомневаться в благоразумии мастера Клина при выборе друзей, – со сдержанным недовольством в голосе заметил Олли. – Мастер Батт, если вы явились не для того, чтобы сообщить нам какие-нибудь срочные новости, то я даже не представляю, что вы можете сделать, чтобы я вас… кхм… простил.
– Олли, приношу вам свои самые глубокие извинения, – отозвался Гилберт, потирая голову. – Вас я совсем не хотел потревожить.
– А меня? – возмущенно взмахнул руками Кристофер, и одеяло упало с его плеч. – Ты вообще меня слышишь?! Зачем пришел?
– Для начала не кричи на меня, – сказал Гилберт, пытаясь что-то вытащить из-под своего многослойного одеяния.
В его руке оказался свиток, перевязанный тонкой бечевкой, и Кристофер вскочил на ноги. Он выхватил свиток и развернул его…
– Не за что, – буркнул Гилберт.
Не обращая на него внимания, Кристофер жадно смотрел на пожелтевший лист плотной грубой бумаги, пропахший солью и водорослями. Он и мечтать не мог, чтобы она прислала ему письмо! Это же она? Кто еще мог… но… где же текст?
– В чем дело? – вздернул бровь Гилберт. – Что-то не так?
– Да что с тобой такое? – нахмурился Кристофер, поднимая на него глаза. – Вламываешься ко мне в каком-то странном тряпье, приносишь это, заставляяменя думать, будто она прислала мне письмо! – он взмахнул свитком. – А теперь еще издеваешься? Тут же ни слова не написано. Гил, я тебе сейчас врежу, клянусь!
– Успокойся, а то лопнешь от злости, – Гилберт невозмутимо смотрел на побагровевшего Кристофера. – Лучше попробуй намочить бумагу. В кувшине осталось немного воды.
– Что там за письмо? От кого оно, мастер Клин? – раздался голос из-под кровати. Не оставалось никаких сомнений, что Олии тоже вот-вот лопнет – от любопытства.
Гилберт взглядом указал на кровать, а затем медленно покачал головой: мол, даже не вздумай ему рассказывать. Затем что-то высыпал в кувшин, покачал и покрутил его из стороны в сторону, перемешивая воду, и протянул Кристоферу.
– Подожди, Олли, потом расскажу, – сказал Кристофер, заметив предостережение Гилберта.
Затем брызнул водой на бумагу и увидел, как на ней медленно проступают буквы.
Дорогой мастер Клин! Я давно хотела Вам написать, еще в середине лета, когда нам наконец удалось напасть на след «Удачи», но не могла придумать, как сделать так, чтобы никто не смог перехватить письмо. И самое главное, прочитать. Но однажды я услышала от Кэт о волшебных чернилах, рецепт которых изобрели маги воды. Для этого нужна морская вода, напуганная голубая каракатица и щепотка волшебства. Как Вы понимаете, все это у меня нашлось! Все, написанное такими чернилами, сразу же исчезает, представляете?! Оказывается, именно так придворные дамы в Медном замке переписываются с возлюбленными. Еще и покупают эти чернила за бешеные деньги у путешественников и купцов. Как Вы уже поняли, прочитать написанное можно, только намочив бумагу, и желательно морской водой. Конечно, подойдет и обычная, главное, добавить соли, но я решила не рисковать. Именно поэтому я отправляю еще и маленькую колбу.
Кристофер нахмурился: никакой колбы к письму приложено не было. Он посмотрел на Гилберта, но тот увлеченно чесал нос и ничего не заметил.
Однако хватит об этом! У нас все хорошо. Сначала управлять кораблем только вдвоем было довольно трудно, но сейчас мы уже знаем его как свои пять пальцев. Я учу Кэт разным морским секретам, а она рассказывает мне истории из дворцовой жизни, которым, кажется, нет конца. Но я совсем не злюсь, мне даже нравится ее празднословие. Во-первых, это помогает коротать время, а во-вторых, я узнаю такие подробности, о которых раньше и не слышала (и не только про чернила). Даже немного жалею, что не интересовалась придворной жизнью, когда жила в Черном замке. Я бы многое могла там изменить… Но что уж теперь, верно? Я бы очень хотела узнать, как дела у вас всех: как отец, как чувствует себя леди Марта… Знаю, что Вы не сможете мне ответить, и я пишу эти вопросы в пустоту. Мастер Клин, хочу предупредить, что в порту Ларройо (рядом с Рынком Теней) неспокойно. Подобные злачные места стали мне теперь вторым домом. Прошу не осуждайте меня – только там можно узнать что-то важное. Нередко оказывается, что это всего лишь сплетни, но кое-что стоит того, чтобы проверить. Сейчас все только и говорят, что об ученике, которого взял к себе Пиковый король, и о том, какого могущественного мага он собирается из него сделать. По слухам, именно для этого они и отправились странствовать в полную опасностей Пустыню иллюзий. Хотя некоторые считают, что у Пикового короля иные цели. В пустыне сейчас все время бури, и, говорят, в небе над ней видели ярко-алые вспышки. Все это, конечно, не к добру. Умоляю, будьте осторожны, прошу. Не бросайтесь в пекло. У меня заканчивается место, да и время подходит к концу. В порту Ларройо есть маги, которые используют порталы-хлопки́, с помощью которых почту можно доставить хоть на Край Света. Волшебство это опасное и непредсказуемое (а Кэт говорит, что это не маги, а мошенники, и меня обвели вокруг пальца!), но я буду верить, что Вы сможете прочитать это письмо. Отправлять его обычным путем кажется мне опасным. Адресатом я назначила Батта-младшего.