Рядом снова появляется Алёна. Понимаю это по шёпоту возле уха:

— Виктор, я второго плохого человека тоже съела, — отчитывается довольная нежить.

Мне не обязательно её видеть, чтобы почувствовать нотки счастья.

— Молодец, — хвалю девушку.

Незачем мне лишний раз морочиться такими проблемами. Алёне в радость, а мне меньше забот.

— Это каф? — спрашивает Алёна с удивлением.

Смотрю на стол. Рядом с двумя большими кружками стоит маленькая. Точно. Благодарность от художницы.

— Нет-нет, каф только дома, — успокаиваю нежить. — Иди отдохни.

Девушка недовольно фыркает и исчезает в браслете.

— Я выпью! — тут же отзывается фей. — И дома выпью, если надо.

Смеюсь. С бандитами разобрались. Кажется, вот кто получает удовольствие от последних событий — так это Алёна. Ей на руку подобное развитие событий.

Ладно, даже теоретической возможности выйти на гильдию убийц у меня нет, так что пока эту историю откладываем. Минимальные зацепки — это знакомый ректора, потом непонятный седой маг и мои воспоминания. Ещё стоит пройтись по Академии и попробовать вспомнить хоть что-нибудь новое.

Сейчас мы можем только заглянуть к Маришке в Академию и узнать про друга ректора.

— Ну что, — обращаюсь к фею. — К Маришке?

Феофан, пользуясь случаем, забирается на стол и тянется к моей тарелке с оставшимся сырником.

— К Маришке, так к Маришке, — как ни в чем ни бывало слезает со стола фей.

Глава 18 Больничные разговоры

Глава 18

Больничные разговоры

Второй раз за день мы оказываемся у ворот Академии. Охранник морщится, но впускает нас без лишних слов. Наличие жетона он уже проверил — хотел бы не пустить, но не может.

По пути останавливаем студента. Он идёт отдельно от небольшой группы ребят.

— Здравствуйте, уважаемый, — здороваюсь.

Студент смотрит на меня так, будто увидел призрака. Алёна точно сидит в браслете, значит, реакция направлена в мою сторону. Видно, что парнишка меня узнал, но в голове у него явно каша. То ли из-за слова «уважаемый», то ли из-за того, что я вообще с ним заговорил.

— Здравствуйте, уважаемый, — повторяю. — Подскажите, где находится больничка?

Парень осматривается. В конце концов убеждается, что вопрос адресован именно ему.

— Виктор, правильно? Б-больничка, — заикается студент, — около главного корпуса. П-поспешите, Маришка скоро закроет.

— Спасибо, благодарю.

Чувствую ещё какое-то время, как парнишка провожает нас взглядом.

— Вить, зачем ты его спрашивал? — удивляется фей. — Мы же тут сто раз ходили, да и я знаю, как в больничку попасть.

— Фео, это тактика, — объясняю. — Мне надо понять, как ко мне относятся обычные студенты. Видел, как парень растерялся? Что это может значить?

— Не знаю, — отвечает фей. — Боится, может?

Пожимаю плечами.

Идём с феем в том направлении, куда указал парень. Краем глаза замечаю, как он пожимает плечами и уходит в другую сторону. Значит, мы всё-таки с ним пересекались. Может, вспомню позже.

Доходим до стеклянных дверей лабораторного корпуса. Над ними небольшое объявление: «Вход в больницу с торца здания». Направляюсь туда. При открытии двери раздаётся мелодичный звон колокольчика.

— Минуту, я сейчас подойду! — отвечает приятный женский голос.

Вчера я его уже слышал.

Из подсобки выходит девушка. Именно она остановила меня накануне. Та самая Маришка, получается. Русые волосы в этот раз распущены, высокий лоб, большие глаза. На вид ей лет двадцать пять. Может, чуть больше. Да и целительницы часто пользуются хитростями, чтобы как можно дольше оставаться юными красавицами.

— О, Виктор! Ты на диспансеризацию? — не скрывая радости разводит руками девушка. — Тебе её в любом случае нужно пройти. Маги в твоём возрасте пренебрегают этим, а зря. Потом нам расхлебывать.

Маришка снимает медицинские перчатки и показывает на кушетку.

— Садись сюда. Сейчас настрою диагност, приглашу тебя, — предупреждает и берет в руки незнакомый мне прибор. — Подожди пару минут.

Девушка исчезает в подсобке. Фей залазит на кушетку и плюхается рядом.

— Надо крылья проверить заодно, — жалуется. — Болят в последнее время.

— Крылья, — удивляюсь. — Ты же ими почти не пользуешься.

— Поэтому и болят, — вздыхает Феофан.

— А что мне делать? — громко спрашиваю Маришку.

— Ой, всё что угодно, — доносится глухой голос из подсобки, — только не уходи, ради богов. Я слишком долго пыталась тебя выловить по всей Академии. Ладно, иди сюда.

Захожу в подсобку и вижу необычную картину: три стены длинного помещения испещрены сложными узорами, почти все из них светятся. Одни красноватым светом, другие синеватым, встречаются зелёные и желтые. Да и остальные цвета радуги, пусть и в небольших количествах.

Узоры переливаются и мерцают. Фей задирает голову и открывает рот.

— Я тут никогда не был. Нас сюда не пускают, — сообщает он и продолжает изучать надписи на стенах.

Посреди всего великолепия стоит кресло, тоже плотно покрытое письменами.

— Вот видишь? — спрашивает Маришка в полумраке. — Садись, это общий диагност для магов. Мы сейчас проведем небольшую диагностику и тестирование и, соответственно, поймем, нужно ли с тобой что-то делать дальше.

Присаживаюсь в кресло, вокруг меня сразу же зажигается огромное панно висящих в воздухе структур из тонких светящихся линий. Они прокручиваются вокруг меня в хаотичном порядке, так, что за ними сложно уследить.

— Маришка, — обращаюсь к целительнице, — ты извини меня за тот раз, — добавляю спокойно.

Девушка с удивлением отвлекается от записей. У неё в руках большая книга и отдельные листы. Все пометки она делает с помощью прикосновений небольшим камнем.

— Ты про что Вить? — спрашивает Маришка и внимательно смотрит на меня.

— Я про званый обед, — напоминаю.

— А, ты про это? — Девушка откладывает записи. — Да ничего, я понимаю. Ну ты, конечно, и задушнил тогда…

Фей прокашливается, обозначая своё присутствие.

— Но всё по делу, чего уж тут говорить, — поправляется девушка. — Из твоих слов я даже запомнила несколько пунктов, которые мне были, как оказалось, очень полезны. Правда, я поняла это уже после, когда мы всё-таки открыли кабинет.

Надо же. Неожиданное признание.

— Открыть кабинет получилось, кстати, тоже благодаря твоим ссылкам. Я их запомнила и смогла выбить дополнительное финансирование на помещение. Так что, в каком-то смысле, благодаря тебе мы проводим сейчас диагностику всех студентов, — рассказывает Маришка, и в её голосе слышится благодарность.

— Студенты, наверное, не очень довольны такими новшествами? Осмотры всякие, рекомендации, — развиваю тему.

— Не скажи, — не соглашается Маришка. — Преподаватель боевой магии точно бы лишился руки, если бы не наш кабинет. Оперативно его подлатали, бегает теперь жив-здоров. А в нескольких случаях диагностика выявила тяжелые заражающие проклятия.

— А такие бывают? — удивляюсь.

— Ещё как! — отзывается девушка. — Мы сейчас с ними работаем в лаборатории. Узнать о них можно только с помощью полного осмотра как у тебя сейчас. Иначе люди бы ходили и распространяли их дальше понемногу. А так мы их купировали.

— Звучит серьезно, — замечаю и поудобнее располагаюсь в кресле.

— Считай, что косвенно ты спас несколько жизней — усмехается девушка. — Но душнил ты тем вечером знатно… Но полезно. Не хотели кабинет в Академии ставить. Целительские есть — пусть туда идут, говорили. А там лечатили только за деньги и немалые. Не каждому студенту по карману. А после Академии зачастую уже и не снять проклятия. Например, тело выросло, привыкло — вот и ходят. Замкнутый круг. Поэтому королевство и предложило оплачивать устройство кабинета. Ректор наш сильно этого не хотел. Долго мы с ним ругались… — выдыхает девушка.

— А он один был против? — удивляюсь.

Ректор не произвел на меня впечатление очень уверенного человека, который отстаивает ненужную ему цель. Скорее, ректор с радостью согласится практически на любое дело, если ему это ничего не будет стоить.

— Ректор-то? Да нет, не только. Еще представитель Круга Магов высказался против. Вроде как молодежь должна преодолевать и прочее бла-бла… — расстроенно продолжает Маришка. — А смысл только в том, что у него доля в целительских, и это все знают. Так что он особо и не выступал. Попечители были против, но когда узнали, что королевство платит — сразу перестали сопротивляться, еще наш историк Магии сопротивлялся, но он друг ректора, ему положено. Он только раз в месяц наездами в Академии.

— А что за историк Магии? — спрашиваю. — У нас вроде такой дисциплины нет?

— Сейчас у вас нет, а раньше была. Но этот больше по выездам. Не знаю, чего ищет, но в Академии появляется не чаще раза в месяц. Вот он до сих пор очень против диагноста полного цикла и тем более против диспансеризации.

— Интересно. Я его даже не помню. — Незаметно отмахиваюсь от Феофана.

Фей дергает меня за полу одежды.

— Да дядька такой, седоватый. Ты его сразу узнаешь, у него взгляд такой колючий и через губу, — поморщившись, перечисляет Маришка. — Николаусом зовут.

— Скоро приедет? — уточняю.

— Да, через декаду к экзаменам. Обязательно будет.

Переглядываюсь с феем.

— А еще кто против был? Или преподавателей не опрашивали?

— Ну да, кто их спросит, — пожимает плечами Маришка. — На стороне ректора только начальник охранников, тот вечно ректору в рот смотрит. Остальные преподаватели себе не враги. Только установили диагност — сразу все пришли провериться.