Этот кристалл был инструментом инициации, благославителем союзов и мощным источником магии для вэйху, — жителей сумеречных островов. Пока его не похитили коварные драконы Майры. С тех пор земли вэйху оскудели, родовая магия ослабла, а сами сумеречные драконы потеряли главное, — способность к перевоплощению.
Вот для чего я здесь, — чтобы справедливость восторжествовала. Похитители считают, надёжно спрятали сокровище, а также думают, что каменные стены, магический купол и с десяток ловушек достаточная преграда для того, кто захочет сюда пробраться.
Как же они ошибаются.
Может, для обычного человека или дракона это и правда нереально, но не для Йекшери. Скользящие в Тени, просто созданы для того, чтобы просачиваться, куда остальным нет доступа.
Я усмехнулась и снова приблизилась. Пока что я по-прежнему пряталась в густых слоях Тени и увидеть меня не могли. Разве что почувствовать, и то, такое смог бы лишь соклановец. Потому что с детства йекшери учат не просто погружаться в Тень, но быть её частью.
Вокруг пьедестала с артефактом спорили юные драконы. Похоже, решали, кто первым прикоснётся к святыне. Я мысленно их поблагодарила, ведь не нарушь эти юные создания правил, мне бы ещё долго пришлось выжидать удобного момента. Я даже на полном серьёзе размышляла, а не дать ли им время, прикоснуться к артефакту? В конце концов, больше такой возможности у драконов Майры не будет.
Но тут случилось сразу несколько вещей.
Одна из девушек вскрикнула и исчезла. После чего в помещение ворвался тот самый блондин с приказом никому не двигаться. Причём появился он вовсе не со стороны двери, а выпрыгнул из Тени.
Я тотчас на себе ощутила неприятные покалывания. Этот гад воспользовался магическим подкреплением приказа! Более того, в его руке сверкнула парализующая сеть, вот-вот готовая накрыть всех участников несостоявшегося ритуала.
Счёт пошёл на мгновения.
Тело спружинило, и тотчас вытянулось в струну. Время замедлилось, превращая драконов, столпившихся у постамента, в неподвижные статуи. Миг, — и мои ладони крепко обхватили кристалл. Второй — и я возвратилась в Тень, мысленно призывая Бездну. Чувствуя её обжигающее холодом дыхание и притяжение, которому нельзя сопротивляться. Только следовать ему. Стать им. Проваливаясь всё глубже и глубже.
Это похоже на полёт.
Тело стремительно скользило сквозь податливую толщу слоёв, — ещё мгновение, и я буду в недосягаемости. Кристалл надёжно спрятан в особом кармане за пазухой, так что можно расслабленно прикрыть глаза и приготовиться к погружению в Бездну.
Я уже ощутила на коже колкую изморозь и была готова уйти в глубокий транс, когда под лопатку вонзилось что-то горячее и тонкое, а по телу пронеслась волна острой боли.
Глава 2. Бездна
Глава 2. Бездна
Когда летишь через Бездну важно чётко представлять, куда хочешь попасть. Иначе утянет в такие глубины, откуда вовек не найти выхода. Чтобы что-то чётко представить, — нужен ясный ум и состояние особого транса, когда всё лишнее растворяется и остаётся только полёт во тьме и пульсирующая белая точка направления.
Но это в идеале, и если перед заходом в Бездну, ты успел правильно подготовиться. Меня же продолжало сворачивать от внезапной судороги. Не то чтобы я не знала, что с этим делать, просто…
Бездна питалась страхами и болью. Она всегда брала плату, и чем крепче держишься за то и другое, тем выше она была. Любое сопротивление равнялось бреши, сквозь которую Бездна выпивала без остатка. Именно поэтому Скользящих в Тени с рождения учили принимать боль как часть пути. И чтобы выжить, мне всего лишь надо было расслабиться.
Но демоново заклинание продолжало сковывать тело, не давая вздохнуть.
Я летела, кувыркаясь в кромешной темноте, и кипела от злости. На миг она затмила разум, и я пожелала чешуйчатому гаду быть сожранным тварями Бездны, а после разозлилась уже на себя. Ведь это я потеряла сноровку, позволила какому-то дракону себя достать. Позорище.
Допустить мысль о том, что мужчина оказался хитрее, проворнее и точнее, было ещё невыносимее. Поэтому всю ярость я направила на себя, а потом резко сняла щиты. Открылась великой Тьме бурлящей и жаждущей платы. И это подействовало, — холод Бездны ворвался в меня, и чужая магия рассыпалась пеплом.
Я наконец-то смогла вздохнуть. Дотянулась до подвески на груди, сжала её в ладони и вызвала в голове образ одного из сумеречных островов: брызги водопада Майху и мягкий песок побережья. Ощутила тёплый морской бриз, вдохнула влажный тугой воздух.
И тотчас выругалась.
Потому что одна из местных тварей полоснула по ноге острым щупальцем. Сгруппировавшись, я метнулась вбок, уходя от следующей атаки. Маленький ритуальный нож, до того спокойно лежащий за голенищем сапога, мгновенно оказался в ладони, и следующий выпад я приняла на светящееся лезвие. Тварь отпрянула, пространство вокруг завибрировало, как если бы где-то в глубине Бездны кто-то со всей силы ударил металлическим молотом в гонг.
Тварь призывала сородичей, и у меня было крайне мало времени, чтобы отсюда убраться. Я вновь схватилась за подвеску на шее. Сердце болезненно сжалось, как всегда, перед тем, как я погружалась в собственные кошмары. Надо было что-то отдать. Что-то повесомее злости или разочарования. Физической боли тоже было недостаточно.
Я зажмурилась, возвращаясь в промозглый осенний день, когда вместе с пожухлыми листьями, над кучкой деревянных ветхих домиков кружились злые алые искры. Их было почти не разглядеть сквозь едкий дым. Они обжигали кожу и оставляли мелкие дырочки в стареньком покрывале…