Если Галипэй не оправится, Август лично снесет Калле голову как боевой трофей, когда все будет кончено.

Двери закрываются. Слышатся легкие шаги, к Августу сбоку подходит Отта Авиа и глядит на карту, развернутую перед ним. Отта появилась на сторожевой базе вчера, и по ее виду никак нельзя было сказать, что она брела сюда пешком от самого приграничья. Когда стража привела ее к Августу закованной в наручники, тот лишь взглянул на нее и велел снять их. Ему требовалось кое-что обсудить с ней. И держать ее в плену не было никакой необходимости.

– Не лучший расклад, да? – замечает она. От ее внимания не ускользнули его пометки на карте.

– Только потому, что мы сражаемся по-разному, – отвечает Август. – У нее в рукаве дешевые уловки.

Отта возгласом дает понять, что не согласна с ним.

– Не уверена, что неограниченный доступ к ци можно приравнять к дешевым уловкам.

– Можно, – настаивает он. – Без короны она – ничто. Она слепо следует указаниям, переданным ей кем-то, рисует печати, пользуется их силой, но не понимает, как они действуют.

– Как будто ты понимаешь их лучше.

Август поворачивается к Отте. Вглядывается в нее, следит за мельчайшими изменениями на лице. Не дождавшись от нее продолжения, он проверяет, закрыта ли дверь. Отта ее закрыла.

– Ты с самого начала была моей сестрой, – спрашивает он, – или вселилась потом?

В комнате темнеет. Тучи быстро сгущаются над базой, явно предвещая еще одну ночь, когда ему будет не до сна. Под внимательным взглядом Августа Отта чопорно улыбается. В правильности своих выводов он не сомневался, но его тревожит то, что она не удосуживается опровергать их. Как долго она ждала, когда он наконец поймет, и почему это произошло только сейчас?

– А разве это что-нибудь меняет? – отвечает она вопросом. – Ты же меня знаешь.

– В этом я не уверен. Когда это случилось?

Секунды тянутся слишком долго. Он уже готов поверить, что ответа не дождется.

– Пятнадцать лет назад. Глупая девчонка в Жиньцуне захватила мое тело, не понимая, что творит. Стародавние боги благоволят к ней. Они защищают ее. Размышляя о случившемся все эти годы, я пришла к выводу, что она, должно быть, одна из них, посланная с небес, чтобы остановить меня, и до сих пор даже этого еще не осознала.

Август уже давно подозревал, что прямо у него под носом творится нечто очень странное, но после этих слов до него наконец доходит смысл картины в целом.

– Мне не хватило сил, чтобы вернуть тело в свое подчинение. И мой новый разум был слишком юным, поэтому я вытащила себя оттуда, пока меня не поглотили целиком, – продолжает она. – Нашла лучшую замену из возможных.