– Почему все так сложно?

Девушка с досадой откинула длинные волосы за спину. Юн Джон была непреклонна.

– Вы в третий раз сделали заказ в магазине, который продает товары только совершеннолетним.

Девушка вздрогнула и снова скорчила гримасу.

– Какое вам до этого дело? Вы всего лишь курьер. Отдайте мне посылку, я напишу подтверждение или что-то в этом роде. Просто отдайте ее мне.

– Сначала подпишите подтверждение.

Юн Джон держала предмет одной рукой, а другой что-то искала в кармане, когда девушка потянулась к ней.

– Отдайте сейчас же!

Юн Джон потеряла равновесие и упала назад. Бора как можно быстрее сбросила с себя плащ-невидимку и бросилась к Юн Джон, чтобы не дать ей упасть.

– Да что ж это такое… Опять ты?

Бора уставилась на нее широко раскрытыми глазами, но девушка лишь судорожно вздохнула. Юн Джон попятилась, и Бора подняла телефон, который уронила, чтобы поддержать ее. Функция записи видео уже была отключена, но Бора окрикнула девушку, направив на нее камеру:

– Знаешь ли ты, что виноват всегда тот, кто ударил первым? Как ты смеешь толкать женщину, которая тебе в матери годится? К тому же, заказывая что-то подобное, ты можешь сойти с ума. Понимаешь?

– Убери камеру сейчас же! Какое тебе вообще дело до этого? Я пришла для того, чтобы забрать посылку!

Пока незнакомка и Бора препирались, Юн Джон увидела на земле посылку. Низшие демоны, вцепившиеся в плечи девушки, были уже достаточно взволнованны. Юн Джон подняла коробку, чтобы отдать ее получателю, и как раз в тот момент, когда она потянулась в карман за средством, которое освободит девушку от демонов, голос Боры долетел до ее уха.

– Да, я племянница этой женщины. И что с этого?

Девушка замерла в удивлении, и Юн Джон посыпала ее голову и плечи порошком. Он попал ей в рот, и она выплюнула его. Фиолетово-черный дым окутал ее плечи и рассеялся. Бора обернулась и посмотрела на Юн Джон. Та проверила состояние девушки. Увидев, что она испугалась и не знает, что сказать, Юн Джон кивнула ей. Девушка хмыкнула, а затем посмотрела на Юн Джон пустым взглядом. Юн Джон протянула ей предмет и спросила:

– Для чего тебе это нужно?

Девушка покачала головой, пятясь. К звуку ее удаляющихся шагов примешивалось негромкое бормотание:

– Дело не в этом, я не хотела заходить так далеко, просто…

Девушка открыла дверь на крышу и быстро скрылась из виду. Посылка, Бора и Юн Джон остались одни. Юн Джон подошла к пылесосу и убрала коробку с помятым углом в пылесборник. Бора сняла плащ-невидимку и достала метлу. Юн Джон покачала головой.

– Из-за твоих выходок у меня поднимется давление, и я рано умру…

Юн Джон забралась на свой пылесос, и они вместе с Борой улетели.

6. Не бросай меня

6. Не бросай меня

Вернувшись в офис, Юн Джон сломала метлу Боры и сожгла ее магическим огнем. Она посмотрела на Бору с неким упреком, но та сидела на стуле с прямо, как будто она не сделала ничего плохого. Бора не знала, с чего начать разговор:

– Извините меня.

Она извинялась, но вид у нее был довольный. Юн Джон криво усмехнулась:

– За что?

– Вы не настолько старая, как моя мать. Простите, что заставила вас выглядеть моложе, чем вы есть на самом деле.

– Ты не умеешь извиняться, так что сразу видно, тебе ни капельки не жаль.

Юн Джон, как всегда, налила две чашки травяного чая. Бора послушно приняла их и поставила на стол. Юн Джон цокнула: такое отношение тоже было проблемой. Когда кто-то предлагал ей еду или напиток, она принимала это без вопросов.

– Что, если я нанесла яд на внешнюю сторону чашки?

Спросила Юн Джон, пока Бора дула на чай, и та с ужасом взглянула на нее:

– Разве вы не умрете тоже, если убьете меня?

– Посмотри, ты и это хорошо помнишь.

«Наверное, я поступила так, как поступила, из-за доверия к Боре», – сказала Юн Джон самой себе, заглушая свои прежние упреки. Однако лучше было сказать то, что она хотела сейчас, чем оттягивать разговор. Все равно это утро уже полно происшествий. Юн Джон откинулась в кресле, оглядела магазин и произнесла:

– Я думаю над тем, чтобы закрыть офис.

У Боры перехватило дыхание. Словно поняв, что речь идет не только о переезде офиса, Бора поставила чашку обратно на стол. Юн Джон подняла руку, не давая ей открыть рот, и продолжила говорить:

– Не стоит ведьме-доставщице долго задерживаться на одном месте. Не каждый день к нам приходят настоящие клиенты, и однажды нам не повезет, если местонахождение нашего офиса будет обнаружено. А если наш адрес узнает враждебно настроенный экстрасенс или ведьма, то это еще хуже.

Юн Джон повернулась к Боре спиной и прошептала:

– У меня слишком много связей.

Бора спросила:

– Я… могу доработать этот год здесь?

Юн Джон на мгновение замолчала. Это хороший торговый центр, поэтому любое помещение в нем, скорее всего, будет продано сразу же, когда его выставят на продажу. Но даже если его не купят, у Юн Джон не будет проблем. Бору можно было бы отпустить через год. Однако если бы она сделала это, если бы они с Борой действительно столкнулись как настоящие ведьмы друг против друга, они, возможно, не смогли бы поддерживать дружеские отношения, которые у них были сейчас. Юн Джон не была уверена, сможет ли Бора выдержать спор из-за территории или ссоры из-за драгоценных предметов.

– Я не собираюсь выставлять помещение на продажу прямо сейчас, но будь готова, даже ведьма никогда не знает, как поведет себя рынок недвижимости.

Бора хотела пошутить, но Юн Джон резко замолчала. Бора посмотрела на спину Юн Джон. Значит, она продолжала стареть. Стало больше седых волос. Однако изменить свою внешность с помощью колдовских знаний было проще простого. Это была ненастоящая жизнь, в которой даже старение контролировалось магией. Юн Джон однажды сказала что-то подобное: «Мои руки и ноги так болят, что я больше не смогу долго пользоваться своим телом». Она может однажды исчезнуть и появиться под другим именем. В этот момент Бора почувствовала, будто ее обдало порывом холодного ветра. Она поняла, что человек перед ней сейчас, не Со Юн Джон из прошлого или из будущего. Бора недовольно фыркнула.

– Тогда куда мне пойти и у кого учиться, когда пройдет год?

Бора еще так многого не знает, так многого не умеет, а теперь место, где она учится, исчезнет, и это пугало ее. Не глядя на Бору, Юн Джон медленно подошла к стопке коробок с посылками. Слезы – проявление эмоций, которое принято сдерживать. Она знала о пользе и вреде слез, но не могла вспомнить, когда в последний раз плакала. Она знала, что ей нужно уехать подальше от двадцатилетней Кан Боры, которая, вероятно, испытывала забытые ею эмоции. Когда на крыше дома Бора удержала ее от падения, она почувствовала некоторое облегчение, но вынуждена была признать, что чересчур полагается на нее.

«Должно быть, мы слишком привязались друг к другу».

Этого нельзя было допустить.

– В этом городе есть и другие ведьмы. Я же не единственная. Дживон или Гайя прекрасные ведьмы. В других местах тоже живут опытные ведьмы, которые могут обучить тебя всему, что захочешь, – холодно ответила Юн Джон. – Через год, где бы мы ни были, у нас появится больше возможностей, ведь мы не будем зависеть друг от друга. После этого ты можешь делать все, что захочешь: стать полноправной ведьмой, получить разрешение или обойтись без него, или обо всем этом забыть.

Юн Джон медленно произнесла последнее слово, надеясь, что ее голос не дрогнул.

– Ты уже взрослая, пора перестать вести себя глупо.

Слезы навернулись на глаза Боры, когда ее ненароком назвали дурочкой. Она знала, что Юн Джон не это имела в виду, но знала, что это правда, и это задевало ее гордость – Юн Джон обращалась с ней как с ребенком, даже не глядя на нее. Ей следовало бы просто извиниться и успокоить ее, что все будет хорошо, но отказ Юн Джон обучать ее вызвал у нее бурю раздражения. Поэтому Бора задала вопрос, ответ на который боялась услышать:

– Значит, вы собираетесь стать другим человеком, прожить другую жизнь и найти еще одну ученицу, как я?

Независимо от того, будет ли ответ положительным или нет, его будет больно услышать. Бора не знала, продолжат ли они общаться, если у Юн Джон будет новая жизнь и новая ученица. Она боялась, что повысит голос и спросит, почему Юн Джон так сурова с ней, когда в этом нет необходимости. Юн Джон молчала, повернувшись к ней спиной. Бора смотрела на нее, подбородок ее дрожал, а взгляд был холоден.

– Я не обязана отчитываться перед тобой о том, что мне делать.

Сердце Юн Джон погрузилось в бездонную глубину. Ее кровь и плоть могли быть взяты у других, но разум и сердце принадлежали только ей, и она боролась с желанием быть ближе к Боре так, как могла. Ее колотящееся сердце медленно успокаивалось. Она глубоко выдохнула, говоря себе, что боль пройдет и она должна сохранять спокойствие, чтобы они обе были в безопасности.

7. Чтобы сойти с дороги, нужно развязать веревку

7. Чтобы сойти с дороги, нужно развязать веревку

И Юн Джон, и Бора были обеспокоены тем, что поблизости растет концентрация «проклятий», поэтому, когда Бора попросила в последний раз об услуге, Юн Джон ничего не оставалось, как согласиться.

– Если что-то приходит, то что-то и уходит, – сказала Бора, – поэтому научите меня распознавать, на кого в конечном итоге направлена сила проклятия.