– Хм, хм, – хохотнула Лира и на миг оторвалась от глазка, увидев появившееся голубое свечение из груди умирающей.

Царица не гнушалась подглядыванием за расправой над несчастной женщиной и ее младенцем. Она находилась в потайном узком проходе и прекрасно видела все, что происходит в комнате. Как по ее приказу, были выдворены все помощницы и дверь надежно заперта. Как ее служанка отобрала сверток у роженицы и уложила его на подоконник. Как распахнула окно и впустила холодные вихри. А затем терпеливо ожидала, отвернув лицо от постели умирающей несчастной матери.

Царица обладала небольшой крупицей магии. Хорошие учителя и прилежание в учении сделали свое дело. Она не была могучей ведьмой, но неплохо разбиралась в магии.

– Несчастная, – произнесла она своим грудным глубоким сильным голосом, – скорее же используй свою искру и умри наконец! Попытайся спасти своего ребенка и проиграй!

Она была уверена, что испуганная отчаявшаяся женщина попытается единственной каплей своей магии согреть малышку. Было очевидно, что она потратит свою жизнь напрасно. Ничего их не может спасти!

– Все!

Простонала роженица, упала, распластав тонкие бледные руки по сторонам и умерла. Лира встрепенулась от радости и даже подпрыгнула от перевозбуждения. Стараясь создавать меньше шума, выбиралась боком из тесного лаза. Она торопилась скорее покинуть засаду.

Младенец слабый, а морозный ветер такой холодный. Наверняка девчонка уже доживает свои последние минуты. Ее крошечные легкие уже давно наполнились кристаллами льда и разорвали нежные ткани. Лира ликовала. Обиженная и оскорбленная женщина в ней торжествовала. Никто, даже сам царь, не смеет унижать ее!

Ни одна любовница не могла подарить Филиппу ребенка, только законная жена смогла один раз забеременеть и родить здоровую девочку. Царь долгое время был в не себя от радости и счастья. Пока не появилась эта и не понесла. Филипп обезумел идеей о рождении сына. Он признает его наследником, а ее Лина останется лишь царевной с богатым приданным.

Лира выбралась из потайного лаза и оказалась в библиотеке. Некоторые фолианты и свитки светились нежными цветами, источая магию. Голубая – магия воды, персиковая – огня, синяя – воздух, светло салатовая – магия весенних трав и цветов. Только царицу сейчас они мало интересовали, она торопилась в свои покои.

Служанка услышала последний вздох роженицы и крепко зажмурилась. Достаточно немолодая женщина боялась на самом деле покойников. Они вызывали у нее суеверный ужас, от которого холодеют руки, ноги и стынет кровь. Ребенок тоже резко умолк. Звук его пронзительного голоска все еще звенел отголосками в ушах женщины.