Медленно Зак вытянул руку, ладонью вверх. Сначала ничего не происходило.

А потом она увидела крохотные белые точки. Снежинки возникали в воздухе и собирались над ладонью Зака.

Нить между ними задрожала.

В чаще ее ребер сердце стало лесным пожаром. Образы проносились один за другим, как слайды проектора в темном зале памяти. Его скулы, ресницы. То, как он лежал мертвым на поляне. То, как прижался к ее ладони, уязвимый. Его беззащитные глаза, которые смотрели на нее так, что она не смогла бы описать. Грудь, которая вздымалась и опадала, когда он пытался дышать.

Неделя магии.

И вот они стояли здесь, из начала в конце – змея, заглатывающая собственный хвост.

Кара вздохнула и встретилась с ним взглядом.

– Снег… Но как?

– Когда я вернулся домой на прошлой неделе, в моей комнате пошел снег. Я перепугался, когда понял, что снег исходит от меня… и примерз к дверной ручке минут на двадцать.

Кара рассмеялась, протянула руку, ловя снежинку.

– Я могу делать снег, лед, призывать ледяной ветер… и мне не холодно. Больше никогда. Я ужасно хотел тебе рассказать, но лично, при встрече, поэтому ждал. – Зак посмотрел на нее. – Хотел увидеть твою реакцию.

Кара взяла его за руку, притянула ближе.

– Во-первых, теперь я, кажется, понимаю, почему пошел снег, когда ты стал призраком. Может, эта сила была заморожена в тебе, и, когда ты умер, она высвободилась.

– Звучит логично, даже очень. – Зак поцеловал ее. – Видишь, поэтому ты рядом со мной.

Она покачала головой, сдерживая глупую улыбку.

– Мы пламя и лед, – проговорил Зак с наслаждением, и она все-таки улыбнулась.

Они идеально совпадали. Две противоположности. Две стихии.

– А твоя семья? Ты им уже рассказал?

– Нет. – Зак отвел взгляд. – Все еще думаю, как сказать. И надо ли вообще.