В семнадцать лет девушки становились совершеннолетними. Это был её шанс.

С замиранием сердца наблюдала за последними днями перед тем, как уже не ребёнок, должен был стать самостоятельным, ответственным за свои поступки. Всего лишь три дня.

- Хельга, зайди в кабинет, - бросила мать, «прости её Господи», проходя мимо девушки, которая играла с детьми.

Моя подопечная, я уже согласилась её заменить, последовала за родительницей.

В кабинете ничего не изменилось со времён отца. Может стали чуть ярче стены, или же это была игра воображения. Прошло уже почти десять лет...

- Сегодня я подписала договор. Теперь ты стала женой графа Лероя Аберджона. К сожалению, он ещё учится в академии, поэтому его отец предложил тебя отправить в "Пансион благородных девиц", через три года тебя оттуда заберут в новый дом.

Женщина оскалилась, в своей жизни она совершила ещё одно действие на пути к своему величию. Сначала воспользовалась любовью первого мужа, теперь жизнью старшей дочери.

Если бы я могла, я бы вырвала этой представительнице женского пола все волосы и морду лица расцарапала. Но я была сторонним наблюдателем.

Ранним утром, следующего дня, Хельгу отправили под конвоем в пансионат. Несколько дней пути, несколько попыток побега. Безуспешных.

Девушка попала в закрытое заведение.

Видела, как Хельга три года работала каторжным трудом на благо воспитателей. Это было слишком для меня. Смотреть на рабский труд и понукание, моральное насилие... В очередной раз согласилась на предложение хранителя или кто это был.

Не знаю, повезло или нет, но девушек не держали, которым исполнилось больше двадцати лет. Только тех, кто были сиротами и кого привезли в более старшем возрасте, но те всегда держались обиняком.

Трусливо не захотела знать их участь.

Итак, через три года она должна была отправиться в дом своего мужа, который ни разу не написал, ни приехал. Три года информационного вакуума. Никто не писал. Пара её писем в родной дом и одно в дом друзей отца остались без ответа.

Итак, прошло три года, именно сегодня её время пребывание в пансионате заканчивалось, сегодня она должна была отправиться в дом своего мужа, которого ни разу не видела.

Девушка стояла за дверьми пансионата и ждала карету семьи Аберджон, уже прошло несколько часов. Никого не было видно на горизонте. Солнце нещадно припекало, вторая половина весны уже не просто пригревала землю, она нещадно жгла то, что не успело спрятаться в тени.

- Деточка, что же ты стоишь одна на дороге? - послышался старый скрипучий голос за спиной.

Из ворот выезжал сухонький старик на повозке. На такой раз в три дня привозили провизию из ближайшего города. Раз в месяц одна из воспитательниц отвозила в тот же город продукцию, что получил пансион благодаря послушницам.