Так оно и было. Четвёртый принц очень нервничал, потому что пришлось поднять руку на Небесного императора. Третья принцесса как могла его успокаивала. Когда в павильоне появились Небесный император и наставник Угвэй, тревога передалась и Третьей принцессе.

– А ты ведь не в полную силу меня ударил, – сказал Небесный император, хорошенько хлопнув Четвёртого принца по плечу. – Ну да ладно, я пришёл узнать о твоих желаниях. Небесный император всегда держит слово.

Четвёртый принц сложил руки в почтительном поклоне и, помедлив, проговорил:

– Я хочу, чтобы богиня небесных зеркал стала императрицей.

– Высоко берёт, – пробормотал наставник Угвэй.

Небесный император фыркнул:

– А второе?

– Я хочу, чтобы наследницей трона стала Третья принцесса.

– А-Цинь! – воскликнула Третья принцесса, вспыхнув.

– Действительно, – сказал Небесный император, – для себя ничего не попросил. Почему же ты просишь за них?

– Богиня небесных зеркал достойна занимать место подле Небесного владыки, – сказал Четвёртый принц, не поднимая головы. – Её уважают и любят на Небесах. Несмотря на унижения, которые ей приходится терпеть, она…

– Что? – нахмурился Небесный император.

Наставник Угвэй с удовольствием сообщил ему, что императрица третирует богиню небесных зеркал и приближённых к ней фей. Лицо Небесного императора покрылось пятнами. Об этом он слышал впервые.

– А что насчёт Третьей принцессы? – спросил он.

Четвёртый принц ответил:

– Третья хоу образованна и великодушна, она заслуживает звания наследницы больше старших братьев.

Третья принцесса поспешно поклонилась:

– Отец, я прошу тебя не слушать Четвёртого циньвана. Если ты спросишь моего мнения, то Тайцзы должен стать сам Четвёртый циньван. Хоть он и младше всех, но продвигается в культивации быстрее, чем ветер доносит запах цветущей сливы. Он уже на уровне младшего наставника, а к семнадцати годам превзойдёт и старшего наставника. Он образован и обладает чувством справедливости и собственного достоинства…

– Будет, будет, – со смехом сказал Небесный император. – Твои сведения устарели, Третья хоу. Мы опытным путём установили, что Четвёртый циньван уже на уровне старшего наставника, а к семнадцати годам, я полагаю, он приблизится к уровню Черепашьего наставника. Что скажешь, Угвэй?

Наставник Угвэй только хитро улыбнулся и ничего не сказал.

– Завтра я объявлю большой сбор небожителей, – продолжал Небесный император, – и сообщу о своём решении.

Он сделал знак старшему наставнику следовать за ним и покинул павильон Третьей принцессы.

– А-Цинь, – выдохнула Третья принцесса, – ты с ума сошёл? Ты поступил дерзко и вынудил меня поступить так же. Нас обоих могут лишить звания и выслать из Небесного дворца!

Четвёртый принц нахмурил брови:

– Я не считаю, что дерзостно прямо отвечать на заданный вопрос. Отец спросил о моих желаниях, и я ответил. Я ничего другого не хочу. Цзецзе, я действительно думаю, что небесный трон должна наследовать ты.

Третья принцесса взяла его за виски и прижала лбом к своему лбу:

– А-Цинь, какой ты ещё глупый ребёнок!

[091] Небесный император объявляет Высочайшую волю

[091] Небесный император объявляет Высочайшую волю

Большого сбора небожителей не объявляли со времён последней войны, так что двор жужжал, как растревоженный улей. Никто ничего не знал, и даже императрице, которая как раз вернулась в Небесный дворец, ничего не сообщили.

В назначенный час Небесный император вошёл в тронный зал и занял трон. Небожители приветствовали его, как полагалось, семикратным чествованием, но он поднял ладонь, останавливая их. Небесный император явно был не в духе.

Старший советник поднял жезл и громогласно ударил им в пол.

– Небесный император объявляет Высочайшую волю.

Небожители тут же стихли. Небесный император редко объявлял Высочайшую волю. Обычно его указы зачитывал подданным старший советник. Должно было случиться что-то исключительное, чтобы Небесный император обратился к небожителям сам. Высочайшая воля означала беспрекословное повиновение, ослушаться её приравнивалось к государственной измене и каралось смертной казнью. Что бы Небесный император ни произнёс, должно было исполнять немедленно и безоговорочно.

Небесный император встал и начал довольно долгое перечисление того, что объявил Высочайшей волей.

– Небесная императрица будет низложена за недостойное поведение и введение в заблуждение Высочайшей Особы, – безразличным голосом говорил Небесный император. – Бывшая Небесная императрица высылается из Небесного дворца.

Далее он объявил о понижении в рангах:

– Первый принц понижается в ранге до Третьего циньвана, Второй принц понижается в ранге до Четвёртого циньвана за обман и недостойное поведение. К ним будут приставлены восемь дворцовых наставников. За любое непослушание они будут наказываться телесно, как последние из слуг. Через два года им будет велено сдать экзамен. Если они провалят его, то будут высланы из Небесного дворца. Если они сдадут его, то сохранят свои звания Третьего и Четвёртого циньванов.

После этого Небесный император заговорил о повышении в рангах:

– Третья хоу повышается до Второй хоу. Четвёртый циньван повышается до Первого циньвана. Обоих будет учить наставник Угвэй. Через два года Первый принц пройдёт церемонию Становления и будет считаться Тайцзы, Старшим принцем и наследником небесного трона.

Наставник Угвэй повышается в звании до Имперского наставника, поскольку будет учить будущего Тайцзы, и будет считаться вторым в Небесном дворце после Небесного императора.

Небесный император перечислил других дворцовых наставников, которые также были повышены в ранге, и наконец перешёл к назначению новой Небесной императрицы.

– Новой Небесной императрицей назначается богиня небесных зеркал. Она займёт Южный цветочный павильон. Её феи повышаются до ранга дворцовых фей-фрейлин. Небесный император будет посещать её в установленном небесными законами порядке.

Такова Высочайшая воля Небесного императора.

[092] Первый принц учится у Черепашьего бога

[092] Первый принц учится у Черепашьего бога

Четвёртый принц, ставший теперь Первым принцем, переехал в Южный цветочный павильон вместе с матерью и прочими феями. Дворец был роскошный, но Первый принц проводил в нём мало времени: новоназначенный Имперский наставник велел им обоим, Первому принцу и Третьей принцессе, ставшей теперь Второй хоу, оставаться в Черепашьем дворце на время обучения.

Старый Черепаший бог был хитёр и необыкновенно умён, как и полагается всякой черепахе. Получив сразу двух талантливых учеников, он был бесконечно доволен. Не в пример остальным черепахам, Угвэй был быстр и увёртлив, несмотря на возраст. Первый принц считал себя довольно быстрым, но так ни разу и не смог его задеть даже кончиками пальцев, когда они устраивали тренировочные бои.

– Наставник Угвэй, – сказал Первый принц, – мне кажется, вы только притворяетесь старым.

– Ах ты, черепаший сын, – строго осадил наставник Угвэй. Это было его излюбленное добродушное ругательство. – Поговори мне ещё!

На самом деле он был древнее Небес, но это не означало, что он стар. Даже обычные черепахи – долгожители, а он был Черепашьим богом. Но его забавляло носить личину старца. Таким его изображали люди смертного мира. Истинную личину он никому не показывал, её не помнил даже Небесный император.

Черепаший панцирь, к слову, преспокойно снимался со спины, и когда наставник Угвэй впервые сделал это при принце и принцессе, то те едва дара речи не лишились, чем несказанно его развеселили.

Расспросив их, наставник Угвэй выяснил, что знают они довольно много для своего возраста, поэтому не стал тратить время на теорию, а сосредоточился на совершенствовании практических и культивационных навыков. Со Второй принцессой приходилось обращаться осторожнее, поскольку от дворцовых лекарей наставник Угвэй знал, что та слаба здоровьем и быстро утомляется, но с Первым принцем уже не церемонился. Первый принц не жаловался, не пререкался, но иногда позволял глазам льдисто вспыхивать гневом.

– Нечего на меня зенками сверкать, – сказал на это наставник Угвэй. – А ты думал, стать Тайцзы так легко?

– Я вообще не собирался становиться Тайцзы, – возразил Первый принц.

– Не вздумай сказать это при Небесном императоре, – сурово предостерёг Черепаший бог. – Такова Высочайшая воля. Ты знаешь, что будет, если её ослушаться?

– Полагаю, – подумав, сказал Первый принц, – лишишься головы и конечностей в алфавитном порядке.

– Пф, не умничай. Что, по-твоему, такое – быть Тайцзы?

– Быть достойным небесного трона? – осторожно предположил Первый принц.

– А что это в твоём понимании?

– Хм… Быть честным и справедливым, защищать слабых, не судить предвзято и…

Наставник Угвэй расхохотался. Первый принц вспыхнул, а Вторая принцесса спросила:

– Наставник Угвэй, почему вы смеётесь над А-Цинем?

– Я смеюсь не над ним, – возразил наставник Угвэй миролюбиво, – и он всё верно говорит. Но и об этом тоже не стоит говорить при Небесном императоре.

«Потому что отец не такой», – мысленно окончил Первый принц.

– Я прослежу за этим, – сказала Вторая принцесса. – В конце концов, А-Цинь совсем ещё ребёнок…

– Хорош ребёнок, – проворчал наставник Угвэй, – голой рукой драконьи доспехи ломает! Ты хоть представляешь себе, насколько крепки драконьи доспехи?